— Если вам сложно принять решение, сангса, вы можете обратиться за поддержкой к своей семье. — говорит капитан, которому, видимо, надоело созерцать задумчивого меня.

Семье⁈ Как говорится, — «я фигею, Клава»! А вот, кстати, вопрос.

— Прошу прощения. — говорю я, не желая вспоминать, что по этому поводу написано в законах. — Вы мне объясните, а то не совсем понятно. Мой возраст считается несовершеннолетним. Могу ли я принимать такие решения?

— Согласно законодательству, — вы можете это сделать по достижению восемнадцатилетнего возраста. — получаю я ответ.

Ага, очередные «старинные местные обычаи». Вроде того, что возраст согласия — тринадцать лет, а в брак вступать можно лишь совершеннолетним.

— Понимаю. — говорю я. — Спасибо.

— Вы пришли к какому-то решению, сангса? — спрашивают меня с оттенком участия в голосе.

Вот, блин! Придётся заявлять о своей позиции. И ведь не спихнёшь ни на кого. Что же так всё уныло?

— Да. — вздохнув, отвечаю я. — Господин капитан. Пак ЮнСок — был, есть и навсегда останется моим дядей. Я никогда не откажусь от него.

Пару секунд смотрим в глаза друг другу.

— Понимаю, что сейчас вы находитесь в неустойчивом эмоциональном состоянии. — нарушая тишину, говорит мне капитан. — Предлагаю сделать перерыв, после чего — встретиться и обсудить ещё раз. За это время эмоции улягутся, и вы сможете спокойно всё обдумать.

— Не нужно. Я приняла решение и не передумаю.

Офицер откидывается назад на спинку своего стула и смотрит на меня оценивающим взглядом.

— Вы понимаете, что ставите под удар свою дальнейшую судьбу? — спрашивает он.

— Невозможно поставить под удар свою судьбу. — отвечаю я. — Что бы человек ни делал, — он делает это в внутри неё. Нельзя, что-либо изменив в жизни, пожить, а потом вернуться назад и, для сравнения, прожить этот кусочек жизни ещё раз, но уже без изменений. У человека всегда есть судьба. От своего первого до последнего дня. А вот уже внутри неё, — есть решения, которые человек принимает с соответствующими последствиями…

Капитан смотрит на меня. Я гляжу на него.

— Ваше решение поставит под удар многих людей. — говорит он. — Ваших сонбе в группе, директора агентства, его работников. Они не заработают денег.

Я в ответ пожимаю плечами.

— Господин ДжунХо. Перечисленные вами люди, — участники рискового бизнеса. Поэтому все они постоянно эмоционально готовы к убыткам в результате провала. Если подумать, ситуация со мной мало отличима от ситуации с внезапно забеременевшей участницей. Ну да, — выступать дальше нельзя. Да, — провал, убытки. Позволяют финансы — отлично. Встали, отряхнулись, взяли новую девочку и пошли дальше, до следующего раза.