— Да, хочу! — кивнул Володину Беспалов. — Толку от них там с двумя дисками. Ты же умный, придумай что-нибудь.
—Есть! — мысленно согласился с ним Володин. Даже при минимальном расходе — в половину магазина на перебежку — пулеметы остались бы без патронов очень быстро. При дальнейшей экономии становились не нужны от слова вообще. По три минуты ждать в ходе атаки, пока вторые номера переснарядят магазины, было не вариант. Тут определенно нужно было что-то придумывать.
— Организуем пулеметное отделение, отлично. Мне в него подносчиков патронов дадут?
— Кого тебе? — поднял бровь Юрченко. — И так мало штыков. Нет!
— Найди ему трех старичков, — не обращая на эти слова внимания, рассудил политрук. — От кого в бою толку мало. Пусть патроны для пулеметов таскают, всё пользы больше.
Старшина надулся. Беспалову было плевать.
— На тебя в бою вся надежда, Денис. Я ведь тоже не хочу напрасно погибнуть.
Володина обдало холодом. Он только сейчас осознал, что смурность политрука — это печать смерти. И, того хуже, он это знает. Как, впрочем, и Юрченко, который тоже что-то чувствует и бессознательно хорохорится, пытаясь как-нибудь своей судьбы избежать.
* * *
Как Володин с некоторых пор знал, советская промышленность поставляла Красной Армии винтовочные патроны в двух состояниях — в обоймах и россыпью. Первая категория представляла собой привычные ему патроны с легкой пулей и предназначалась для винтовок. Номенклатура второй была куда шире и как таковая предназначалась для пулеметов. Патроны с тяжелой пулей, к примеру, для станкачей. Так как корректировка стрелково-пулеметного огня на больших дистанциях во все времена представляла собой проблему, умные люди вышли из положения изобретением трассирующих и пристрелочных, если угодно пристрелочно-зажигательных пуль. Что самое любопытное, трассеры в этом соревновании долгое время были аутсайдерами, используясь больше в авиации. Да и в той не у всех и не везде — весьма значительный процент советских авиационных пушечно-пулеметных боеприпасов до 1942 г. включительно буковки Т в индексах не имел.
Мимо пары ящиков с красными маркировками на пункте боепитания он сначала даже прошел мимо, только потом зацепился разумом за неясность. У бронебойно-зажигательных патронов этикетка цветовой маркировки на ящиках всегда была черно-красной, бронебойно-зажигательно-трассирующих — красно-фиолетовой. Тут как этикетка была красной, так и шрифт на ящиках.
— Б…ь! — не сдержался он, когда рассмотрел текст. В ящиках действительно были пристрелочно-зажигательные патроны. Те самые «разрывные», которые у Красной Армии якобы отсутствовали.