— Отделение! Перебежками! Вперед! — заорал Володин. — Первый, пошел!
Нужно было, не теряя времени выдвигаться вперед, если он хоть что-то понимал в немцах, они должны были вскоре контратаковать. Ну и про минометы тоже забывать не следовало — они должны были вот-вот открыть огонь.
* * *
Выдвигаться к окопам перебежками оказалось весьма даже предусмотрительно. Слева по его пулеметчикам вели огонь и даже сумели подловить подносчика из первого расчета. Тот даже не вскрикнул, просто выронил винтовку и всем телом упал на нее лицом вниз. Остальным удалось добежать до в очередной раз отбитых окопов невредимыми. Немецкие минометчики запоздали — взрывы мин остались за спиной.
Тел расстрелянных Володиным пулеметчиков на позиции уже не было. На их месте за пулеметом полулежал свежачок — практически безголовый выше нижней челюсти труп, уронивший ее на залитый кровью воротник, обшитый грязно-белым галуном. Судя по незамкнутому галуну на не полностью залитом кровью правом погоне и лежащему под покойником M.P.40 это был унтер-офицер.
— Вот и пригодились разрывные! — для пущего эффекта вслух заключил Володин, пнув, вот оно Deja Vu, полную крови, мозга, волос и костей черепа каску.
Вместе с ними из пробитого навылет шлема вывалился подшлемник.
— Б…ь! — передернуло его. — Проклятое это место для немецкого унтера!
Оставшийся без командира расчет пытался бежать, но замешкался у частично раскопанного завала и погиб там. Судя по ранам, трех немецких пулеметчиков сначала достали брошенными в ход сообщения гранатами, а потом достреливали и докалывали штыками. На стыке с траншеей валялся еще один полузаваленный песком и затоптанный сапогами немецкий труп.
Младший политрук Беспалов, даже несмотря на то, что взвод опять успели блокировать у ещё одного устроенного в траншее завала, был счастлив.
— Как мы их! Как мы их! А? — заорал он, указывая на немецкие трупы. Расчет ручника от возмездия не ушел.
— Юрченко погиб! — сказал Володин.
— Я видел! — отмахнулся политрук. — Теперь ты опять помкомвзвод.
— И что теперь? — не выдержал, чтобы охладить его пыл, Володин. Два других взвода, насколько он успел увидеть при перебежках, встали у проволочного заграждения, на этом их продвижение остановилось. Немцы терзали их минами, судя по разрывам из ведущих беглый огонь ротных минометов.
Политрук внял, но порыв показать и рассказать прекратился, так и не начавшись. Немецкие минометчики, сейчас для разнообразия реактивные, наконец-то накрыли сумевший дойти до их окопов взвод. Окопы третьего батальона взяла под обстрел артиллерия. Где были роты 284-го полка было неясно, но рассчитывать на них в любом случае было нельзя.