В свете рисующейся перед руководством катастрофы 330-й полк отправил в бой уже решительно всех. С ручными пулеметами, карабинами, винтовками и автоматами в воронках и окопах рядом с разведчиками засели политработники из Щуровской свиты, сам Щуров, майор Козлов, майор армянин с начальником штаба полка, мрачно поглядывавший в сторону начальника политотдела военком, троица не пойми откуда тут взявшихся моряков в черном обмундировании и шарового цвета касках, красноармейцы из роты связи, артиллеристы во главе с кивнувшим Денису лейтенантом Гринблатом, форсивший сбитой на затылок зеленой фуражкой и петлицами старлей пограничник — комбат заградбата со своими бойцами — и избегавшие до сей поры строя последние тыловики и комендачи. Без знакомого Володину повара с парой смутно знакомых лиц из хозбанды не обошлось.
«Ударная группа» и влившиеся в ее состав в ходе боя красноармейцы отходили под нажимом немецких штосструппен. Увы, довольно быстро, хотя местами огрызаясь огнем. В центре одного из таких островков сопротивления был Кузьмин. Особист подчинил себе два расчета пулеметов ДТ и как мог прикрывал отход группы, не позволяя немцам комфортно и без затей расстреливать людей в спины.
Занявший воронку из-под тяжелого снаряда Володин помогал ему в этом деле как мог, благо что пристрелочными патронами был обеспечен с избытком, но заглушить из СВТ хотя бы один M.G не получалось. Тут нужна была оптика. Иван не стрелял, набивал Володину опустевшие магазины, от его ППД на данном этапе боя толку было немного.
В общем, возможности оценки общей обстановки в целях личного выживания несколько сократились. Теперь можно было только надеяться, что боевые товарищи, особенно из первого батальона, не подведут.
Начальство в этом деле старалось. Козлов и Щуров, по понятным причинам, решили остановить и подчинить себе отступающих. Что, впрочем, получилось довольно легко, хотя без потерь и не обошлось.
Немцев русское сопротивление нисколько не смутило. Они как шли вперёд короткими перебежками под прикрытием пулеметов, так и продолжали свое продвижение. Если и не подобно асфальтовому катку, то что-то типа того. Было очень похоже, что пехота врага поймала кураж и небезосновательно считала себя способной смять красных что бы те ни придумали.
Как мрачно подумал Володин, с учетом наблюдаемой разницы в выучке, у наступающих были на то все основания. То, что напрямую ответственные за это дело лица сейчас сидели рядом с ним и безропотно готовились расплатиться за упущения в организации боевой подготовки своими головами, не утешало. Будь люди вокруг хорошо выучены, его вполне бы устроило нахождение Козлова с майором Соколовым в глубоких блиндажах позади. У каждого на войне своя работа. Его делом было делать что говорят, грамотно менять позиции и метко да часто стрелять по противнику, а умели ли последнее начальник штаба дивизии и начальник штаба полка, не говоря уж о многочисленных штабных политруках — в этом он испытывал привычные для себя сомнения.