Я покатал слово «Волков» на языке, но ничего не вспомнил. Полковник воспринял это правильно:

— Ну да, об этом мало кто слышал, информация засекреченная. А я знаю, потому что сам в тех событиях участвовал. Там тоже вирус на волю вырвался, и почти весь город перемер. Он, вроде как, до сих пор там стоит, бомбить его в итоге почему-то не стали, просто закрыли. А я был лейтенантом в «Росгвардии» местной тогда. И был там один ЧВКшник из «Волков», который помог людям эвакуироваться.

Вспышка памяти. Бар, причем видно, что военный. Все люди в камуфляже, пьют, веселятся, играет громкая музыка из развешанных повсюду динамиков. Я сижу за столом, рядом…

А вот и они. Жид, Фрай, Вирус. Теперь я вспомнил их лица. Все навеселе, потому что на столе у нас по полупустой литровой кружке пива, и я прекрасно понимаю, что это уже не первая из тех, что мы употребили.

— Ну что ж, Край, похоже, что пришло время, — говорил Вирус. Черт, а мужественный у него профиль. Челюсть вперед выдается, глаза чуть узковатые, но при этом голубые. — После вчерашнего ты точно заслужил.

Он кладет руку в карман, и достает из нее что-то, кладет на стол прямо передо мной. Я беру — это патч в виде щита. На нем изображен оскаленный череп волка, вокруг которого нарисована мишень.

Хмыкаю и леплю себе на патч-панель на плечо. И понимаю, что вот так вот буднично меня посвятили в ветераны этого подразделения. Никакой торжественности, просто бар и парни из моей команды вокруг.

Вспышка тут же закончилась, и я вспомнил. «Волк». Частная военная компания. Я в ней служил.

И Край. Это мой позывной. Так меня раньше звали.

Грань между моей нынешней памятью и прошлой истончилась, и я сделал усилие пытаясь наконец вспомнить, кто я такой. На секунду мне показалось, что вот-вот, перед глазами замелькали еще какие-то картинки, но потом все резко прекратилось.

Глухо. Тишина.

— Что ж, значит, мне тут ничего не угрожает, — проговорил вдруг Сафин. — Потому что один чокнутый профессор на месте вакцину разработал, и всех, кто там был, привили. Нас потом почти полгода по лабораториям держали, не выпускали, но в итоге наших отправили дальше служить, кто захотел. Так что укус — не укус, мне поровну.

— Повезло вам, — со вполне искренней завистью проговорил я. Мне бы возможность не бояться укусов, так все гораздо проще было бы. Но увы.

— Вы в городе были, — посмотрел полковник на меня. — Никаких изменившихся тварей не видели? Таких… Вроде бы на людей похожих, но при этом на обезьян, да еще и…

— Видел, — проговорил я, перебив его. — Как раз в бункере у контрабандистов на такую наткнулся. Она два целиковых трупа сожрала, и в какую-то такую штуку обратилась.