После выхода отряда (десять человек) из главного входа аэропорта их поприветствовал человек в строгом костюме, на чистом английском. Это был тот самый человек, который и должен был их сопровождающим по ранее заключенным договоренностям заказчика. Что это был за человек? Как он был связан с местным патриархатом или некоторой частью властей? Нашей толпе было наплевать, главное чтобы этот человек предоставил им все нужное и необходимое для проведения их миссии здесь. Мужчина, поприветствовав компанию, выдал им адрес на окраине города, оплаченные на месяц вперед корпоративные сим-карты подставной фирмы, после чего сказал, что заказанный ими товар придет поздним вечером, ровно в двадцать один час вечера по данному адресу. Кроме того джентльмен вручил ключи от частного дома, вежливо попрощался и ушел. Среди них есть человек кавказкой национальности, знающий местный язык, так что в его дальнейших услугах гости более не нуждались.
Компания проводила встречающего взглядом, после чего лидера панибратски похлопал по плечу еще более широкоплечий человек с густой черной бородой, но без единого волоска на голове. Он был в черных круглых очках, а в зубах у него торчала зубочистка: выгладило это все прямо как клишированных боевиках из девяностых.
— Ну что брат, двинули? Не волнуйся, со мной не пропадёшь! Ха-ха-ха!
— Обращайся ко мне: Марк. Сколько можно повторять?
Спокойно ответил ему человек с хладнокровным и строгим лицом, после чего просто грубо сдвинул его руку со своего плеча и сказал вести их по выданному адресу, через пару секунд, когда они немного отошли наш герой добавил:
— И я тебе не брат.
Южанин с именем Усама в дорогих и ярких шмотках красно-черных цветов в другой ситуации погорячился бы и непременно бы ответил, но отчего-то за эти несколько дней, что они путешествовали вместе, он успел начать немного опасаться своего командира, их назначенного лидера почти на инстинктивном уровне, что-то было в нем не так. Такое чувство на уровне подсознания у него было только тогда, когда Усама был наемником и работал рядом с всякими радикальными фанатиками и социопатами. Это почти животное чувство старалось держать его как можно дальше от таких индивидов, а он привык доверять своим инстинктам и, возможно, именно поэтому он и выживал до сих пор. Вот и сейчас холодный взгляд этого человека вызывал похожее беспокойство и кроме этого, изредка как будто еще что-то не давало ему покоя, словно за ними кто-то наблюдал, но, сколько бы наш кавказец не оглядывался и внимательно не осматривался, не мог заметить что-либо подозрительное.