Михалыч поднял очередной тост, а мужики, восторженно внимая, только качали головами, поглядывая на Лёху с восхищением и лёгкой завистью.

Необходимо заметить вам, дорогой наш читатель, что Лёха вообще был человеком, которому везло по жизни. Если он попадал в аварию — выходил без единой царапины, хотя машина восстановлению не подлежала. Деньги частенько на дороге находил — причём купюрами, да не мелкими. То и дело натыкался на схроны металлолома, которые потом продавал за хорошие деньги, а на них жену свою баловал.

В общем, везло Лёхе: то клад найдёт, то в лотерею выиграет. Мужики, слушая Михалыча, только и качали головами: «Ну и везёт же человеку!» — и с некоторой долей восторга поглядывали в сторону везунчика-Лёхи.

— Да-а... — философски подвёл черту Михалыч, — кажись, если б нашего Лёху в Сахару послать, так он бы и там алмазную жилу отыскал, да попутно ещё и нефть обнаружил!

Компания дружно загоготала, а Лёха, скромно потупившись, только ухмыльнулся:

— Ну, бывает…

И вот Михалыч, рассуждая о благоволении к ним небесных сил в виде найденного медного кабеля, «трезво» заключил, что такое везение — не иначе как заслуга Лёхи-счастливчика. Ведь стоило ему присоединиться к бригаде — и удача сама поплыла к ним в руки. Михалыч поднял стопку за Лёху и его везение, которое, похоже, было припасено у того в кармане с самого рождения. Мужики дружно поддержали, опрокинули по последней, и, довольные и собой, и присутствием в их рядах такого везунчика, неспешно стали собираться по домам. Завтра новый рабочий день, халявный кабель весь добыт, праздник кончился, и их ждёт с утра обычная рабочая рутина.

Михалыч и Лёха гордо понесли домой своим жёнам помятые пятитысячные купюры — железное оправдание двум пропущенным вечерам у домашнего очага. Остальные же члены «бригады у-ух», пока не обременённые семейными узами, гордо понесли доход сами себе — без лишних оправданий перед кем-либо.

И вот наступило утро рокового дня. Ничего не предвещало беды, но тут прораб, весь раскрасневшийся от волнения, возвестил Михалычу, что на объект завтра приезжают проверяющие, а они, то есть бригада, отстают от графика чёрт знает на сколько! И всё благодаря их безответственному отступлению от намеченных планов в предыдущие два дня!

— Что делать?! — вопил Василь Сергеевич на всю контору (так звали прораба). — У нас такое отставание! А вы ещё тут со своими кабелями да пьяными оргиями!

Мимо проходившая секретарша Ниночка косо глянула на них. В её мире всё толковалось только по ей одной известным понятиям. И слово «кабелями» Ниночка истолковывала единственно понятным для себя образом. Но состыковка образа бригадира Михалыча и оргии из пьяных кобелей в мозгу у Ниночки не случилась, и она, осуждающие тряхнув гривой кучерявых рыжих волос, поспешила дальше.