Самолет тряхнуло и я вцепился в подлокотники

— Не дрова везешь, сучье вымя! — рыкнул на пилота Сева Марченко.

Он понемногу возвращался к летной работе после аварии в горах Наварры, пока в статусе инструктора, но недалек тот день, когда врачи разрешат ему сесть за штурвал самому.

— Не ссы, jefe, все в порядке, — обернулся Сева ко мне, скалясь во весь рот.

— Вперед смотри, — добродушно буркнул Ларри, сидевший на втором ряду.

Панчо, придержав свои бумаги, перекрикивал гул мотора и докладывал результаты нашего расследования:

— Зимой эмиссар Санхурхо встречался с итальянским послом и заявил, что военные намерены привести в правительство людей, которые выступают против «большевизма» и восстановят порядок.

— Как отреагировали итальянцы? — папку с материалами я открывать не стал, чтобы свистевший по кабине сквозняк не разметал плоды непростой работы.

— Пригласили в Рим полковника Ансальдо…

Ага, известный авиатор и большой монархист.

— … министр Итало Бальбо обещал отправить двести пулеметов и боеприпасы к ним.

— Ого! А как везти собирались, известно?

— Через Гибралтар, — криво усмехнулся Панчо.

Ну вот и английские ушки вылезли, если, конечно, итальянцы не блефовали — никогда не поверю, что протащить такой груз через важнейшую военно-морскую крепость Британской империи можно без ведома командования.

— Кроме военных, кто еще причастен?

— Да всякой твари по паре, — ответил Панчо, не убирая с лица ухмылку. — Монархисты, карлисты, правые республиканцы…

— А этот, фашик из Кортесов, Хиль Роблес?

— Явно нет, но втихую поддерживал.

Все завертелось, когда премьер-министр Асанья переместил Санхурхо с поста генерального директора Гражданской гвардии на менее престижную позицию командующего карабинерами*. Генерал немедля начал контакты со всеми недовольными Асаньей, раздавая направо и налево обещания «мы быстро восстановим порядок и возьмем на себя всю ответственность, если поворот влево приведет Испанию к анархии», «мы не допустим создания в Мадриде революционного правительства». Поскольку за Санхурхо тянулась слава «победителя» в Рифской войне, то он стал наиболее приемлемой фигурой для заговорщиков.

Guardia Civil, Гражданская гвардия — жандармерия; Cuerpo de Carabineros, Корпус карабинеров — пограничники и таможенники.

— Там подробно расписано, — кивнул Панчо на папку в моих руках.

«Республиканскую диктатуру социалиста Асаньи» наметили валить путем одновременного выступления по всей стране: в Севилье, Гранаде, Вальядолиде, Кадисе и Памплоне. Помимо военных, в дело вписались шесть тысяч рекете в Наварре и несколько сотен ультранационалистов в Кастилии. Заговорщики предполагали, что начальник генерального штаба Годед арестует или застрелит Асанью, после чего отдаст приказ о выдвижении колонн из мятежных городов на Мадрид, и на том левореспубликанское правление закончится.