Во-вторых, от Пуэрто-Касадо в самую середку Чако, к фортинам, идет самая настоящая железная дорога. Правда, узкоколейная, к тому же, в Парагвае плохо с техническим персоналом, и ее обслуживают приглашенные аргентинцы. Аргентина, как ни странно, держит вполне дружественный нейтралитет, иначе Парагвай просто задохнется — без свободной навигации на Паране ему не жить.

Ну и в-третьих, замечательные грузовики «Атлант» в количестве ста штук (не считая отжатых) — то ли взятка, то ли плата местным властям, чтобы они закрыли глаза на художества сеньора Грандера и сопровождающих его лиц. С ними автопарк армии Парагвая вырос как бы не в полтора раза, повозку с лошадкой тут уже не встретишь. Как ни странно, это позволило обуть патапилас, босоногих солдат — кожу перестали тратить на сбрую.

А вот боливийцам приходилось тащиться сотни километров от своих баз, по большей части пешком — четырнадцать суток против четырех у парагвайцев, как мне с гордостью сообщил Беляев. При этом противнику нужно доставить тяжелое снаряжение, включая артиллерию, танки и танкетки, горючее к ним и много чего еще по пустынной местности практически без дорог. И почти без воды — по сведениям, полученным кружным путем из Ла-Паса, у боливийцев потери от обезвоживания выше боевых.

Эх, вот бы война перевозками ограничилась!

Но нет, зря мы, что ли, через полсвета сюда добирались?

Мясо немного остыло, я отрезал первый кусок, прожевал — зря Хосе жалуется. Отличная говядина, никаких тебе гормонов или антибиотиков, свободный выпас, травяной откорм. Порода мелковата, но какая разница, рота две коровы съела или три?

Вином бы еще запить, да нельзя — у нас до начала наступления сухой закон. Испанцы бухтят, добровольцы ропщут, но иначе никак. Дисциплина — наше самое слабое место. Как ни бьются Хосе и Панчо, бойцы постоянно норовят выкинуть фортель.

В ночной тишине за машинами зажурчала струя, очередной разгильдяй отливает не в оборудованном туалете, а где ни попадя. А, нет — дотянуло запашком бензина, это он горючку сливает.

— Ларри, пошли!

Ларри выхватил из костра головню, помахал ей в воздухе, разжигая в факел. Правильно, батареи фонарей надо беречь, мы не в Нью-Йорке и даже не в Овьедо.

Прокравшись за машины, бойца не обнаружили, но Ларри ткнул за соседний бокс, где разгорался огонь. Вокруг него толпилось человек шесть, сменившихся с караула, один сматывал телефонные провода. Понятненько, на посты с зажигалками и спичками не пускают, чтобы не курили, так они политые бензином дрова поджигают искрой от батареи. Хосе еще жаловался на утечку горючего, мы на парагвайцев думали, а тут такое.