— Вот как, — растерялся Ульрих, — но…

— Как же, как же, ведь вы много путешествовали, учились в университете…

— В двух…

— Поразительно! А вот мы с Агнессой, к несчастью, нигде не были, кроме Анхальта и Померании. Вы должны непременно нам все рассказать!

С этими словами госпожа фон Нойбек сделала шаг в сторону, да так удачно, что принц Ульрих, продолжая следить за собеседницей, повернулся, оказавшись рядом с княгиней.

— Право, я не слишком хороший рассказчик…

— О, мы совсем не избалованы хорошими рассказчиками, к тому же я уверена, что ваша светлость наговаривает на себя!

— Но…

— Ой, какая досада!..

— Что случилось? — встревожился принц.

— Я совсем забыла — у меня есть неотложные дела, но вы непременно должны рассказать все Агнессе, а она потом расскажет мне.

— Но удобно ли…

— Удобно, ваша светлость, она же вам почти сестра! Все, я убегаю!

Ошеломленный натиском Ульрих остался один на один с княгиней и лишь хлопал в недоумении глазами. Видя его замешательство, Агнесса мягко улыбнулась и попросила мелодичным голосом:

— Дорогой брат, расскажите мне об Италии.

— С восторгом… — пролепетал принц, — вы позволите предложить вам руку?

— Более того, я настаиваю на этом! — с самым серьезным видом отвечала она.

Катарина фон Нойбек осторожно выглянула из-за угла и, увидев, что принц и княгиня идут под руку, с удовлетворением вздохнула. «Эта семейка меня доконает!» — подумала она и решительно направилась к отведенным им покоям.

Впрочем, совершающих променад молодых людей видела не только она. Герцогиня Клара Мария, стоящая у окна, тоже заметила эту странную парочку и удостоила самого пристального взгляда. Пошевелив губами, как будто что-то пережевывая, она какое-то время рассматривала их, затем услышала шум и, обернувшись, спросила:

— Что там еще?

— Ее королевское высочество просит вас принять ее, — ответила камеристка, — вы позволите нам с Марией удалиться?

— Хорошо, Марта, ты можешь увести дочь, однако сама будь неподалеку. Полагаю, мне надо будет продиктовать несколько писем после разговора с невесткой.

— Как прикажет ваша светлость.

Камеристка сделала книксен и собиралась выйти, но герцогиня окликнула ее:

— Марта…

— Да, госпожа герцогиня.

— Девочка моя, я хочу, чтобы ты знала… я люблю всех своих внуков, хотя и не всех могу так назвать.

— Вы так добры…

— Вовсе нет, моя дорогая, однако я намерена всем им устроить будущее. Помни об этом, а теперь ступай.

Едва она вышла, как дверь в комнату отворилась и в нее зашла Катарина Шведская в сопровождении двух дам.

— Вы позволите, матушка? — ровным голосом осведомилась она.