холодно, очень холодно. — 23 человека, — быстро пересчитал их в прицел своей СВД Митяй. В свой прицел я видел, как от них валит пар, как он вырывается сквозь арафатки, которые они натянули на свои лица, как кто-то из них периодически падает, и его поднимают товарищи. Снегу было очень много, почти до пояса доходил, и ребята прорывались сквозь него. — Да пошло оно всё в жопу! — выкрикнул я, быстро снял с себя автоматы, разгрузку и, перепрыгнув через крышу и капот хаммера, прыгнул в снег, тут же провалился практически по пояс. Хорошо, что одел арафатку, шапку и натянул перчатки. Мой тело тут же сковал холод, изо рта сквозь повязку тут же повалил пар. Я никогда не был на таком морозе, но холодно, очень холодно, до костей прям. Я сделал шаг, второй, стараясь дышать медленно и не спеша. Сзади я услышал, как заскрипел снег, повернувшись, увидел, как за мной прыгают один за другим наши пацаны: Иван, затем Большой, Полукед, мушкетёры, еще кто-то. Надеюсь, у Тумана хватит ума не дать вылезти всем, и он оставит кого-нибудь прикрывать нас сзади. Если сейчас бандиты решат на нас напасть, то они легко добьются победы. — Стоять всем остальным, — услышал я его голос. — Кто спину прикрывать будет? Назад всем. Повернувшись, я продолжил движение навстречу к нашим ребятам. — Шмотки возьмите, — услышали мы сзади чей-то крик, я уже не стал оборачиваться. Я продолжал вгрызаться в снег. — Саня, двинься, — услышал я сзади громкий бас. Меня обогнал Иван мэр, за ним протопал Большой, оба наших здоровяка оставляли огромные следы в снегу и хорошую такую борозду. Наши ребята увидели нас, кто-то из них помахал нам рукой. Сто пятьдесят метров, холодно, твою же мать, какая же температура-то на улице? Большой сменил Ваню, и теперь он прокладывал нам путь, снегу, кажется, стало ещё больше. В некоторых местах Большой просто ложился на него грудью, так много его было, его сзади за куртку поднимал Иван и мы медленно, но уверенно продолжали движение. Снег был свежий, пушистый, всё как я люблю, но в данный момент это играло против нас, он ещё не слежался, и мы сильно проваливались в него. Сто метров, пятьдесят. Наша та группа уже практически выбилась из сил, но кто-то из них замотанный арафаткой с головой, продолжал упорно двигаться вперёд, разгребая перед собой снег руками. Всё, вот они. — Все живы? Никого не потеряли? — спросил я у них. — 23 человека, — ответил мне мужчина с повязкой на лице, на ней был огромный нарост из снега, она полностью обмёрзла от его дыхания. Судя по голосу, это был Рыжий.