Ааз, как вам известно, сразу становится похожим на злобного, хищного зверя. Его зеленая кожа, золотые глаза и рот, полный острых зубов, способны произвести весьма сильное впечатление на тех, кто к ним не привык. По счастью, я успел притерпеться к его облику. – Итак, скажи, где точно ты это раздобыл? – спросил он, помахивая пергаментом перед моим носом. – Купил у какого-то типа на улице, на углу, – ответил я. – По-моему, это был попрошайка. – В каком измерении? – Понятия не имею, – пожал я плечами. – В одном из многих, на которых побывали мы с Тандой. Если хочешь, спроси у нее. Ааз стал еще задумчивее. – Из каких соображений ты исходил, покупая эту карту? – Честно говоря, не знаю. – Я снова пожал плечами. – Вообще-то я думал, что мы вместе посмеемся на твоем дне рождения, когда я преподнесу тебе карту в качестве подарка. Кроме того, попрошайка сказал, что уже много лет не встречал существа не только способного воспользоваться картой, но и имеющего шансы остаться после этого в живых, дабы поведать миру о своих приключениях. – Мог он увидеть твою истинную личину? – спросил Ааз, глядя мне в глаза. Я попытался припомнить весь тот день. В том измерении я использовал свое стандартное заклинание личины. Поскольку большинство тамошних обитателей имели всего две ноги, а их средний рост не превышал четырех футов, изменить облик было совсем не сложно. Во всяком случае, по сравнению с тем измерением, где нам с Тандой пришлось выступать в образе улиток. Но нищий явно выделил меня из числа прохожих, да и сам он выпадал из толпы, поскольку ростом был не менее пяти футов. Я посмотрел на Ааза и кивнул: – Вполне возможно. Но как он это сделал, я не понимаю. Ааз глянул на меня с отвращением, безнадежно махнул рукой и произнес: – Знай, ученик, имеются тысячи способов определить истинную личину, особенно у такого, с позволения сказать, мага-недоучки, как ты. Я промолчал, понимая, что свои магические способности я доказать не смогу. Ааз всегда выигрывал подобные споры, предлагая мне свершить нечто такое, что находилось за пределами моих ограниченных возможностей. И так случалось всегда, когда речь заходила о магии. Но менять личины я действительно умел. Ааз развернулся на каблуках и вновь направился к окну, так и не отдав мне карту. Некоторое время он стоял глядя на двор, а тишина в комнате становилась все более и более зловещей. Надо признаться, что я терпеть не могу, когда кто-то думает и при этом не сообщает мне о чем. – Значит, золотая корова все-таки существует? – Я подошел