- Катрин, давай проведём перезагрузку и начнём наши отношения с начала? – предложил я, всё взвесив и прогнав через себя. – В прошлый раз как-то не так расстались. Теперь собачиться пытаемся? Тогда как ты, между прочим, моя невеста!

С последнего аргумента она весело усмехнулась, расплылась в улыбке, но вдруг посуровела и посерьёзнела. Опустила голову.

- Рома, не рассчитывай на наш брак серьёзно. Там – политика. Я ничего не решаю. Карлос – тоже. – Пауза. – Да-да, - продолжила она, - северяне сами хотят влезть в конфликт с мятежниками на нашей стороне, и мы не можем отказаться от такого подарка небес. Они считают, что могут удержать страну от войны. Они хотят безопасности поставок продовольствия и сбыта своих руд и продукции ремёсел. Наш брак – залог союза.

- А я – ослик, которому твой дядюшка, чтоб он был здоров, показал морковку, чтобы тот бежал вперёд и вопросов не задавал.

- Я говорила ему, что тебя не проведёшь. – Она расплылась в улыбке.

- Я куплю тебя у северян, предложив иную конфигурацию союза, - раскрыл я часть карт.

- Ты не понимаешь, там…

- Заткнись! – мягко, но настойчиво попросил я, и он, о чудо, замолчала, удивлённо подняв глаза. Подумала, осторожно заявила:

- Даже Карлос не позволяет себе так со мной разговаривать.

- А кто позволяет? – усмехнулся я.

- Никто. Мама позволяла. И дядюшка Карлос. Их обоих уже нет.

Я пожал плечами. Катрин сирота, как и я. Отца не знала никогда, дядя, прошлый король, воспитывавший её как родную, умер. Мама - тоже. Средневековье, все смертны. Но в этом мы похожи.

- Значит, я буду третьим! – констатировал я, показывая, что не терплю возражений. - И не криви носик, я буду твоим мужем, и беру себе такое право, как твой будущий супруг и твоя вторая половинка. Как и тебе простится многое, что не простится более никаким столичным шмарам с самомнением.

- Я – шмара с самомнением? – с подлой ухмылкой зацепилась она за оговорку. Топнула ногой, остановилась и принялась готовиться скандалить.

- Была, - не стал развозить сопли я, и снова рубанул, как есть. – И так бы ею и осталась, но я в тебя влюбился. А любимая не может быть шмарой, согласись?

- Сукин ты сын, Рикардо Пуэбло! – Она пыталась злиться, но не могла, её распирало на смех. Наконец, взяла себя в руки и признала:

- Хорошо. Давай поступим, как сказал. Как будто ничего не было, и мы заново познакомились.

Я обошёл её, как бы загородив дорогу. Вежливо поклонился.

- Сеньорита, Рикардо. Просто Рикардо. Но для друзей – РОман. Приятно познакомиться. А вы… Где вы потеряли свои крылья?

Она засмеялась, и смехом были разрушены все непонятки между нами. Наконец, присела в реверансе.