— Сейчас дам несколько коробочек ведьминого зелья, пошли кого-нибудь в ту деревню — вдруг воинам нужно, чтоб сепсиса… Ну, заражения не было после раны. Тем, кто выжил. — Я выдохнул с облегчением. Дура баба! Пятерых парней потерять ради иллюзии, что с врагом можно договориться.

…Но с другой стороны, не попытаешься — не узнаешь, что у них на уме. Я узнал что они недоговороспособны постфактум, когда они УЖЕ разорили деревню. До этого и я тешил надежду, что они теоретически договороспособные (не собирался договариваться, но надежду, что они такие, тешил). А она не знала, первый раз столкнулась. Так что нет, всё верно, просто война сама по себе «дурная тётка, стерва она». Парней жалко, но потери закономерные.

Почему первым делом при встрече даю зелье? Потому, что наслушался рассказов за время похода про врачевание ран. Заражение тут — главный бич, а не собственно ранение. Ибо если начнётся нагноение, это в большинстве случаев приговор. Спирт местные знают, но раны не промывают, максимум водой, и нитку лекари облизывают слюной прежде, чем шить. Любые раненые, особенно в брюшину/корпус, это кандидаты преставиться, пятьдесят на пятьдесят, если не восемьдесят на двадцать.

Тит благодарно кивнул:

— Это хорошее известие. — Это он про порошок. — А если останется — другим парням может пригодиться. Много его из замка захватили?

— На всех хватит. — Я снова облегчённо вздохнул. Что ж, работаем.

Тит приехал с двумя десятками своих воинов. Разумеется, Алькатрас понимал, что Ингрид хоть и хорошо стреляет, но ни разу не командир, то есть по сути сюда отправили Тита и мою гвардию, а баронессу — демонстрировать флаг. Баронесса — прапор, командует Тит, неконтролируемые войска усланы и при деле, слава достаётся юной начинающей баронессе без мужа (какая она классная невеста на выданье, смелая и бесстрашная), и главное, граф всё понимает, как оно на самом деле, и может в случае успеха Тита повысить до сотника. И всем хорошо. А бароны сейчас перегруппировываются и будут не осаждать город, а… Так сказать «пасти» его, как собака пасёт отару овец. Из под города не уйдут, но осаждать станут рассредоточено, перекрыв все дороги вокруг, никого к Феррейросу не подпуская.

— Скакали всю ночь, — продолжал он рассказ. — Шли медленно — ночью коням можно ноги поломать. Но тебя, граф, найти надо. Ты должен вернуться и возглавить войско. Парни без тебя воют.

А вот это по делу. Бароны, конечно, мои вассалы, но настоящего ярла должен окружать собственный хирд. А ещё войско Аранды-Тита считается главным в этой кампании, главнее баронов-застрельщиков, хоть их и больше, а значит моё место тем более там. А сеньоры бароны пусть на подхвате и дальше тревожат супостатов — прекрасно и без меня справятся.