мутным пульсирующим напряжением. Дыхание стало частым, по телу разливалась тёплая волна. Ей хотелось ударить его, оттолкнуть, вытащить руку оттуда, где ей совершенно не место, куда никто не должен их совать. Но другая её часть хотела до конца прочувствовать и понять, чем это закончится. Мэйн приблизился к её лицу и поцеловал её в губы. В любой другой момент она отвернулась бы, но сейчас почему-то ответила. Слабо, но ответила. Напряжение росло, и в какой-то момент оно достигла своего пика. Момента, когда по телу словно прошёл разряд молний. Было очень необычно, очень приятно, это всё расходилось по телу волнами, отчего её захотелось вскрикнуть, настолько всё было сильно. Это было чем-то новеньким для неё. Чем-то, чем она ещё не пользовалась. И оттого обиднее, что в первый раз она подобное испытала с этим уродом. — Это была сокрушительная победа, — объявил Мэйн и вновь чмокнул её в губы. — Знаешь, мне аж самому захотелось опять. Она это тоже почувствовала. Почувствовала потому, чем сейчас он тыкался ей в лобок. И что через несколько секунд вошло в неё. — Знаешь, я тебе, пожалуй, покажу кое-какой фокус, — ухмыльнулся он. — Будешь кричать, будем считать, что проиграла. — Делать больно, словно в первый раз? — презрительно спросила она. В ответ Мэйн лишь поцеловал её в лоб. — Должно быть приятно. Я как бы на тебе подобного не использовал, но… попытайся просто расслабиться. — Изнасиловал меня, а теперь хочешь расслабиться попросил, — недобро усмехнулась Юми. — Ты могла отказаться, Юми, — спокойно возразил Мэйн. — Я разве не дал тебе такого шанса? Она нехотя кивнула. — Была виновата твоя сестра. Я не сказал, что лучше бы она понесла наказание, а не ты? Разве не ты выбрала себя, вместо того, чтобы оставить отбывать наказание сестру? — Я, — нехотя призналась она. — Тогда какие претензии? То есть меня пиздить, это заебись, можно ещё и ногами мне рёбра переломать напоследок, а как ноги раздвигать, так всё — злой насильник. Это сделка, не больше не меньше. Я бы не позволил себе вас и пальцем тронуть, если бы не то обстоятельство. И… Мэйн смутился. Даже в темноте Юми видела, что он смутился, отвёл взгляд и слегка покраснел. — Это… ну как бы прости, что я тебя… того, слишком жёстко обошёлся в первый раз. Просто ты копия сестры, и ей бы я точно сделал больно. Вернее, я и представлял, что ей делаю больно, и что она там страдает, что ей я делаю больно… Короче прости. — Неужто думаешь ли ты, что я прощу тебя? — Юми стрельнула в него колючим взглядом. — Нет конечно! — изумился