Ещё немного и мы стали выезжать уже в пригородные районы. Это я понял по более обширным территориям вокруг домов. — Эй, — я постучал по окошку, которое соединяло кабину с кучером. Оно открылось, и я услышал голос. — Господин? — Куда мы едем? Это же вроде пригород. — Всё верно, господин. Королевский университет находится в пригороде. Скоро мы его увидим. — А что он из себя представляет? Территорию, окружённую забором, где располагаются здания? — Всё верно, господин. А вон и королевский университет, о котором вы спрашивали. Я бросил взгляд в окно и увидел то, о чём он говорил. На вершине пологого холма, занесённого снегом, виднелись кирпичные стены. За ними возвышались здания в готическом стиле, чем-то напоминающие здания того же Оксфорда. А ещё я заметил, как рядом с нами по дороге катится колесо. Хм… дай те ка подумать… дорога, мы единственные на ней… катится колесо… Мой великий ум подсказывает, что колесо от нашей кареты. Чо я могу сказать, хуёво, очень хуёво. И стоило мне об этом подумать, как карета накренилась, послышался треск, шум, меня бросило в сторону и хуяк! Мы перевернулись. Бля, приехали… Судя по всему, мы ещё некоторое время ехали… вернее нас ещё некоторое время тащило вперёд. Стекло на окнах со стороны земли лопнуло и располосовало мне хлебальник. Плюс я чуть в это же окно не вывалился. Если бы не удержался, то меня бы тупо туда засосало и распидорасило между землёй и самой каретой. Не хочу даже думать, что за фарш бы там был. После недолгой поездки на боку повисла слишком тягучая тишина, нарушаемая только ржанием лошадей и треском отваливающихся деталей кареты. Вот сука… Пиздец блять. Я встал в перевёрнутой на бок кабине и открыл, словно люк, над своей головой дверцу. Откинул, выглянул подобно партизану, осмотрелся… О! Вон и универ! Почти доехал! Хоть топать не надо далеко. Правда… Я провёл рукой по лицу, чувствуя, как по нему словно пот стекает. Не пот, кровь, но не так много, чтоб бояться сдохнуть от кровотечения. Легко отделался. Я аккуратно вылез из кабины, попутно забрав некоторые вещи, что были со мной внутри. Спрыгнул на снег, зачерпнул, умылся от крови, принялся разбирать свои баулы. Я хоть и выехал сильно заранее, однако теперь планы надо было срочно корректировать, так как быстро теперь я туда не прибуду. Да уж, доехали. Пока я развязывал верёвки, ко мне подошёл кучер и принялся кланяться в ноги, причитая, что я не я, корова не моя и вообще, это другие виноваты, починить должны были, а он лишь возит. Ух! Чувствую в нём дух родной