посмотрела она на меня. — Ага. Тебя захавал хищный цветок, где ты надышалась паров. Помнишь, что вчера учудила здесь? Она медленно покачала головой. Ну а я коварно улыбнулся. — Посмотри на Эви, — кивнул я в её сторону, начиная кормить фемку с рук. — Видишь, как она испуганно на тебя смотрит. А знаешь почему? Ты вчера… История была охуительной. Но не для фемки. Чем больше она слушала, тем сильнее краснела и тем меньше желала мне смотреть в глаза. При этом сама поджала губы и с каждым моим словом была готова разрыдаться всё сильнее. Не знаю, от чего, но я получал удовольствие, доводя её до слёз. Правда она оказалась сильной девочкой и не расплакалась. После того как история была окончена, она просто замолчала, понурив голову и вися на дереве. Её состояние вроде как пришло в норму и я, сжалившись, распутал и спустил извращенку-воительницу на землю. Вскоре мы вновь двинули через лес, однако перед этим фемка что-то говорила Эви. Вернее, даже не говорила, а просила, сидя перед слегка напуганной Эви на коленках. Видимо прощение просила. И после их разговора Эви протянула той руку, помогая подняться и больше они особо не общались. Надеюсь, смогли разобраться между собой. Наше спокойное путешествие через лес кусающихся тортиков продолжилось. Кстати, я посмотрел, чем эти тортики кусают. Выяснилось, что у них есть зубы в виде карамелек! Ни глаз, ни других органов, только пасть с зубками-карамельками. Один такой зуб я закинул в рот, не забыв набрать их целый мешочек. На вопрос, почему все боятся этих тортиков мне шёпотом ответили, что некоторых они загрызают до смерти, некоторые задыхаются в них, а некоторые, победив всех тортиков, начинают их есть и умирают от страшной болезни. Гением не надо быть, чтоб догадаться, что это за болезнь — диабет. Короче, смерть идёт даже не так от тортиков, как от последствий встречи с ними. А от сюда уже и эта легенда. Плюс, наверное, стараются и растения, которые затаскивают в себя жертву, дурманят, чтоб та не смогла сопротивляться и медленно переваривают. А так как никто толком объяснить ни хрена не может, появляются слухи, рождающие вот такой бред. Хотя лес сам по себе бред. Тут мир явно веселится и если я думал, что танк — олицетворение больного мира, то сильно ошибался. Вот этот лес его олицетворение. Бред и безумие в одном флаконе, где своя атмосфера и свои правила. А у людей в нём свои тараканы в голове. Остаётся надеяться, что эта атмосфера не размажет меня по земле, а тараканы не сгрызут мне мозг. Потому, что с моей командой я