Нет, серьёзно, думать жопой, это перебор!

Ощущения были такие, словно я посмотрел какой-то сон. Всё реалистично, всё натурально, и я как сторонний зритель в нём без воли, без мыслей, без всего. Да, неосознанный сон, где ты сторонний зритель — наиболее точное описание ощущений.

— И… — мой голос запищал так, что даже у меня уши свело. Пришлось хорошенько прокашляться, пока он не вернулся в относительную норму. — И что это была за хрень? — прохрипел я наконец.

Духи закружились передо мной.

— То, что ты просил, — прогудели они.

— Погодите-ка, я спрашивал: «Покажите мне, почему Клирия пошла на это». То есть подразумевал то, что вы покажете, почему она и меня тоже выбрала. Почему пошла на этот трюк конкретно со мной. А я чо узнал? Она тащится по перекаченным брутальным потным мужикам! Вернее тащилась, но не суть! Нахуй мне знать её фетиши⁈

— Мы показали всё, что было важно, — прогудели они.

— О’кей, кто этот мужик? Как его там… чума…

— Мор.

— Да, точно, так и хотел назвать. Так кто этот хер? Я понял, что он науськал Клирию на это и хитро слился, оставив всё на неё. Но как она до меня-то дошла? Гуляла по другим мирам и выискивала отморозков?

— У неё был план.

— И? — предложил я продолжить интонацией.

— И она ему следовала.

Сука, ну это гениально… Нет, серьёзно, до такого ответа не каждый додумается. Жаль, что я не получил ответа на вопрос, почему я? Всё понял, любовь, признание, злоба от потери, целеустремлённость, но я как-то не сильно вписываюсь в это. Ну кроме того, что я безобидная няшка.

— И? Вы так и не ответили на вопрос.

— Тогда не нам надо задавать вопрос, — качнулись они, словно маятник.

— А кого? Я убил всех, кто мог об этом знать, — напомнил я.

— У неё самой.

— Предлагаете воскресить? — нахмурился я.

Воскрешение… вообще, это мысль, но она там что-то про последний раз и очищение говорила, не? Там ещё есть что возрождать? Ещё в тех воспоминаниях, которые я видел, типа когда душа переполнится говном, ей станет очень невесело. И неизвестно, как душа с этим справится. Может сама полетит на чистку, а может погорит, как сделает это моя душонка.

Но оказалось, что духи подразумевали совершенно другое. Настолько другое, что я понял, насколько легкомысленно отнёсся к её убийству.

— Она идёт по склону восточной горы, — прогудели они закружившись.

Повисла тишина, нарушаемая только гулом толпы вдали, прежде чем до меня полностью дошёл смысл.

— Бред! — Я аж подпрыгнул. — Она мертва! Я лично загнал ей пулю в лоб!

— Она идёт к ущелью, — сказали они. Голос духов эхом разошёлся по округе, когда они начали подниматься всё выше и выше. — Поспеши.