А вот что написала на третьей полосе «Паризьен»:
СТРАШНАЯ ВЕРСИЯ ОШИБОЧНОГО МАНЕВРА
Неосторожность, а вернее сказать - несознательность - одного из участников дорожного движения могла стать причиной трагедии на автостраде А-13, в результате которой девять человек были извлечены мертвыми из-под чудовищного нагромождения смятого железа. Свидетель сообщил жандармам, что видел собственными глазами, как в двадцати километрах от Руана некий водитель дал задний ход, желая повернуть на Бург-Ашар. Именно для того, чтобы избежать столкновения с его машиной…
Но добила меня «Либерасьон»:
Два человека погибли под колесами, пытаясь пересечь шоссе, чтобы оказать помощь раненым. За две минуты сотня легковых автомобилей, три грузовика…
Всего-то метров двадцать от силы, может, чуть-чуть заехал на разметку.
Всего-то несколько секунд. Я сразу обо всем забыл.
Боже мой…
Я не плачу.
Флоранс пришла за мной в пять утра.
Я все ей рассказал. Как же иначе.
Несколько мучительно долгих минут она сидела неподвижно, закрыв лицо руками.
Потом судорожно окинула взглядом комнату, словно задыхаясь, и сказала:
- Слушай меня внимательно. Ты никому ничего не скажешь. Иначе тебя обвинят в непреднамеренном убийстве и отправят в тюрьму.
- Да.
- И что? Что тогда? Что это изменит? Еще несколько жизней будут искалечены - только и всего! - Она плакала.
- В любом случае моя жизнь уже кончена.
Она зашлась в крике.
- Твоя - возможно, но не детей! И поэтому ты будешь молчать!
У меня не было сил даже на крик.
- Ладно, давай поговорим о детях. Посмотри вот на этого. Посмотри внимательно…
И я протянул ей газету со снимком малыша, рыдающего на автостраде А-13.
Маленький мальчик уходил прочь от разбитой вдребезги машины.
Обычный газетный снимок.
В рубрике «Происшествия».
- …Он ровесник Камиллы.
- Боже мой, да прекрати же наконец! - кричит жена, хватая меня за воротник пижамной куртки. - Хватит нести чушь! Заткнись! Я хочу задать тебе один вопрос. Один-единственный. Кому будет хорошо от того, что ты сядешь в тюрьму? Ну, ответь, кому?!
- Может, это хоть чуточкуих утешит.
Она ушла в полном отчаянии.
Я слышал, как она закрылась в ванной.
Утром, глядя ей в глаза, я не знал, как быть, и только качал головой, но теперь, вечером, сидя в тишине дома и слушая, как гудит посудомоечная машина…
Я пропал. Все кончено.
Сейчас я спущусь вниз, выпью стакан воды, выкурю сигарету в саду. Потом вернусь к себе и перечитаю написанное…
Вдруг поможет?
Но я и сам в это не верю.
Кетгут
Поначалу ничто не предвещало подобного развития событий. Я просто ответила на объявление в «Ветеринарной неделе», предлагающее временную работу на два месяца - август и сентябрь. А потом парень, которого я согласилась подменить, разбился на машине, возвращаясь из отпуска. Хорошо хоть ехал один.