Заселился я во вполне пристойный одноместный номер на третьем этаже, на сутки, завтра утром вылетаем во Франкфурт. Если, конечно, со спаррингом всё сладится. Я просто не представлял, какие должны выставить ко мне требования, что мой вылет в США отменили.

До вечера делать было нечего, и я отправился прогуляться. Поехал в центр, мне там больше всего нравилось. В который уже раз с момента «возрождения» я шагаю по твоим улицам, Москва, окунаясь в людской водоворот. Все куда-то спешат, и медленно бредущий, озирающийся по сторонам человек сразу выдаёт в себе провинциала. Правда, Свердловск не такая уж и провинция, да и я не шёл с открытым ртом, всё-таки не первый раз в белокаменной.

В который раз прохожу мимо Кремлёвской стены и Мавзолея с покоящимся внутри него в стеклянном гробу, словно спящая царевна, телом Вождя революции. А может, там вообще восковая кукла… Ну или он частично из воска, о чём я читал на разного рода интернет-форумах. Не суть важно.

Даже зимой наша столица хороша, вот как сейчас… Любишь ли ты меня, Москва? Хоть кого-нибудь любишь или равнодушно взираешь на людской муравейник с высоты шпиля Останкинской телебашни?

А люди тебя любят. Едут к тебе со всех концов страны, да что там, со всех концов мира. Для иностранцев ты — сердце загадочной, северной страны. В их воображении по твоим улицам должны ходить медведи с балалайками и пьяные мужики в шапках-ушанках, но на деле оказывается, что здесь живут такие же люди, что и в Берлине, Токио или Нью-Йорке. Правда, говорят на другом языке, да цвет кожи с разрезом глаз не всегда совпадают, а так — никакой разницы.

В половине шестого вечера, как и договаривались, Козлов заехал за мной, снова на своём автомобиле, и мы отправились в Петровский парк. Здесь находился стадион «Динамо», а рядом с ним небольшое здание, в котором располагалась секция бокса. Не заходя в зал, мы сразу поднялись на второй этаж. Здесь нас в кабинете директора спорткомплекса, которой сам почему-то отсутствовал, встретили не кто иной, как председатель Комитета по физической культуре и спорту при Совете министров СССР Сергей Павлов, а с ним руководство сборной в лице Степанова и Радоняка, председатель федерации бокса СССР Георгий Свиридов и динамовский врач Василий Иванович Бутов, с которым я уже был шапочно знаком.

— Юрий Михайлович и Василий Иванович летят в США в составе вашей небольшой делегации, которую будет возглавлять товарищ Козлов, — сказал Павлов. — Товарищ Радоняк будет тебя готовить к бою и секундировать, а товарищ Бутов не только хороший врач, но и неплохой массажист.