— Ладно, валяй, — махнул рукой Хлестков. — Признаюсь, думал тебя уже заменить на кого-то другого для его курирования, но теперь не буду этого делать. Иди пиши объяснительную, выговор все равно схлопочешь. Тут никуда не денешься. Не переживай¸ через полгода снимем. А теперь пригласи ко мне парня.

* * *

Я вошёл в кабинет.

— Садись, — Хлестков кивнул на тот же стул, на котором я сидел минут десять назад. — Во-первых, прими мои искренние извинения за действия наших сотрудников. Не должны они были тебя к этой операции привлекать, соответственно, виновные будут наказаны. Как не знаю, но это точно.

— И куратора мне замените? — нагло улыбаясь, поинтересовался я. — Тогда требую блондинку с пятым номером лифчика!

— Ага! — поддержал шутку Хлестков. — И с отдельной явочной квартирой, где вы служебные встречи проводить будут… Ладно, слушай меня внимательно. Рабочая версия сегодняшнего события такая… Никакого Билла ты не знаешь и никогда о таком не слышал. Просто шёл по городу, захотел отлить… Бывает же такое. Дальше зашёл в подворотню, а там четверо хулиганов к мужчине пристали. Ну ты и вмешался, не мог не вмешаться, как комсомолец и без пяти минут кандидат в члены партии.

Он и это знает! Впрочем, чему тут удивляться, работа у него такая.

— Подъехала милиция и всех загребла. Потом разобрались и отпустили.

— Как-то всё это наживую белыми нитками сшито, Алексей Александрович, — поморщился я.

— Пока так. Во всяком случае, с милицией мы такой вариант согласовали. Потихоньку подчистим. Думаю, что всё нормально будет, — подытожил он с наигранной уверенностью в голосе.

— Надеюсь… Я могу идти?

— Подожди, — притормозил меня хозяин кабинета. — Тут ещё и во-вторых есть. Что ты там за песню напевал, когда из кабинета выходил?

— Да это так, ерунда. Для себя иногда хочется что-нибудь такое этакое дворовое хулиганское сочинить.

— Ну да, для себя… Твоё «для себя» уже во всех тюрьмах и пересылках поют. Не знал? Ну вот знай. И ещё… Ты с этой публикой поосторожней там, — зачем-то понизив голос, сказал он.

— С какой такой публикой? — изобразил я саму невинность.

— Ты мне тут дурочку-то не включай, — нахмурился генерал-майор. — Ты как минимум с двумя ворами в законе уже знаком. И не отрицай! Поэтому и говорю тебе, чтобы был поосторожней с этой публикой. И, поверь, у нас возможностей гораздо больше. Уясни себе это. А теперь свободен.

— Я извиняюсь, мне что, вот так свободно через двери на улицу выходить? Может, пропуск хотя бы какой?

— Пропуск? Логично… Что-то я расслабился.

Он открыл сейф, достал бланк и что-то на нём написал. Протянул мне.