Через пару часов музыкальной работы гости заскучали и решили откланяться, пообещав вернуться за Гурамом вечером. Ну никакой солидарности!

* * *

Сидя в студии под камерами, перед траурно-белым задником, мрачно вещал:

— На меня не раз подавали в суд, и ни разу не смогли выиграть. Меня такое упорство удивляет, но я даже не представлял, к чему приведет высказанное на Советском телевидении мнение. Вот оно.

На монтаже вклеят рассуждения о «профессиональном идиотизме» — я даже с дубляжом заморочился!

Выдвинув ящик стола, достал оттуда стопку бумаг.

— За оскорбление чести и достоинства на меня подал в суд Роберт Ратбан Уилсон. Верно! — Сделал я приятно соотечественникам, которые, конечно же, знают поименно всех ученых планеты: — Один из тех, кто работал над Манхэттенским проектом. Один из тех, на чьих руках кровь и боль наших предков, пострадавших от бессердечных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки. Свою честь этот ученый оценил в пятьдесят тысяч долларов, — Презрительная ухмылка: — И столь малую цену я был готов заплатить, хотя совершенно не понимаю, с каких пор свобода слова стала платной. Наши адвокаты меня отговорили — это создаст прецедент, который может сыграть на руку нашим недругам в будущем. Как ни старайся быть хорошим человеком, враги все равно откуда-то берутся, — Грустно вздохнул: — В общем, суду — быть! — Подытожил я и убрал бумажки в стол: — Однако в связи с этим я чувствую необходимость объясниться. Нет, я ни в коем случае не изменил своего мнения и не собираюсь извиняться — за появление ядерного оружия мир должен благодарить именно профессиональных идиотов, и мистер Уилсон — в их числе.

Пауза.

— А теперь — моё развернутое объяснение того, почему я так считаю…

Текст уже надиктован и смонтирован, так что можно переходить сразу к эпилогу:

— Я не уважаю вас, мистер Уилсон. Если у вас осталась хоть капля чести — иск вы отзовете. В противном случае, — Пожал плечами: — Удачи в суде!

* * *

В Токио — 22.00. В Москве — 16.00. На календаре — шестнадцатое октября.

— Здравствуйте, уважаемые зрители «Хонды+»! — Радостно возвестил я в микрофон, когда режиссер трансляции дал отмашку — эфир пошел: — Горячий вам привет из Японии!

Массовка дисциплинированно взревела, приветствуя советских людей.

— После нашего маленького концерта в «Артеке» мы получили удивительно много писем с просьбой записать песни нормально, а лучше — дать ряд концертов. Увы, гастрольная деятельность с моим графиком совершенно несовместима, поэтому мы решили поступить вот так. Здесь… — Указал пальцем на табличку над моей головой: — Номера телефонов, по которым можно связаться с нашими редакторами. Буду честен: эфир не совсем прямой — вы видите нас с задержкой в полторы минуты, поэтому не удивляйтесь, если не сразу услышите свой вопрос по телевизору — просто нужно немного подождать. Регламент такой: две песни, три вопроса, повторить. А теперь позвольте представить вам наших артистов — не стану же я отдуваться в одиночку! — Подмигнул в камеру.