Главные врата храма охраняли статуи лисиц. В «Персоне» такие выдают побочные задания, где надо помогать людям, но эти оживать не спешат.

Помолились — я попросил здоровья маме и будущим братику и сестренке. У Чико все хорошо, и у нее все есть, равно как и у остальных.

— Хочу, чтобы Кохэку приняла мои чувства! — решил громко опозориться Кейташи.

Решимость показывает, надо полагать.

— Какой идиот! — закрыла подруга пылающее лицо ладонями и быстро потопала к воротам.

Под осуждающим взглядом Ватанабэ-сенсей и ржач одноклассников Белой Молнии ничего не оставалось, кроме как пойти следом с воплями «подожди!» и «я серьезно!».

Для этих тоже ничего просить не буду — сами начали, сами и заканчивайте.

Спускаясь с крылечка, услышал слева от себя истеричный мужской вопль:

— Вот ты где, Одзава!

Повернувшись, увидел летящего на меня со здоровенным кухонным ножом в руке очкастого мужика средних лет, одетого в черное пальто и шляпу.

— Я сам! — шепнул я Хэруки и побежал на него, сильно опережая неуклюже (у нее длинные каблуки) спешащую к нам — какая трогательная учительская забота! — Ватанабэ-сенсей.

Захват! Подсечка! Рывок! Ой какой неприятный хруст и не менее неприятный вопль, но чего еще ждать, когда локоть сгибается в обратную сторону?

Одноклассницы запоздало начали визжать, а одноклассники побежали к валяющемуся, воющему, держащему за поврежденную руку бедолаге и принялись его радостно пинать.

— Это моя добыча! — на адреналине рявкнул я.

Ребята испуганно отпрянули.

— Спасибо, он уже не опасный! — чертыхнувшись про себя, улыбнулся им я.

— Что тут случилось⁈

А вот и пара копов — не может же их не быть на одной из главных достопримечательностей Киото?

* * *

Сидя напротив инспектора Хаттори в кабинете полицейского участка родной Уцуномии, мы с отцом получали от него подробности по «Делу о сорванной школьной поездке» — разумеется, Ватанабе-сенсей и полиция не могли на всякий случай не отправить нас по домам. В качестве компенсации — дополнительный выходной для всех пострадавших.

— Таким образом, напавший — ни кто иной, как «Монстр с 21 лицом». Мы считали, что он успокоился навсегда, но… — инспектор развел руками. — Даже не знаю, что на него нашло — раньше их банда — мы уже задержали всех — работала гораздо тоньше. Сам он только и делает, что бормочет что-то о «предназначении» и «выборе из двух зол».

— Я уже даже пытаться не собираюсь понять, что там в голове у выпрыгивающих на меня тут и там леммингов.

Отец с инспектором фыркнули.

— Все еще считаю совершенно излишним наличие телохранителя. Не будь я уверен, что справлюсь, просто убежал бы, — добавил я.