— На севере Кюсю, — Пояснила она, — Значит, я не угадала, иначе ты бы знал! — Сделала она правильный вывод, — Не подсказывай, — Попросила Хэруки, хотя я и не собирался, — Тогда Госёгавара?
— Тоже нет, — Улыбнулся я, предполагая, что названный ей город тоже на Кюсю.
— Неужели… На Хоккайдо⁈ — Блеснули ее глаза восторгом.
— Отличные детективные навыки, Хэруки-сенсей! — Похвалил я ее.
— Сенсей, хе-хе… — Счастливо зажмурилась она, — Давно ты меня так не называл!
— Иначе надоест, — Пожал я плечами.
— Никогда не надоест! — Покачала она головой.
Прибыв в аэропорт, быстро миновали терминал и прошли на посадку — прибыли как раз вовремя. Может, способность к идеальному планированию поездок передалась мне от отца?
В самолете пустил девушку к иллюминатору, сам уселся рядом. Пристегнулись, взлетели. Пилот пробубнил стандартные в таких случаях фразы, и мы полетели в зиму.
Глава 4
Последний день на Окинаве пролетел незаметно — прямо с утра все дружно (включая деда) отправились на пляж, взяв с собой перекусить, где и провели первую половину дня, наплескавшись и назагоравшись по самое «не могу». В рейтинге загара, кстати, Чико была на первом месте, я — на втором, Кейташи — на третьем, а вот девушки как-то ухитрились отделаться легкой золотистой корочкой, которая, надо признать, очень им шла.
Вернувшись домой, пообедали, немного пообщались, и батя ошарашил новостью, что нашел на лодку покупателя. С другой стороны — логично, смысл ей гнить в сарае целый год до нашего следующего визита? Пришел местный абориген-садовник, и я, прихватив с собой ребят и Чико, не отказал себе в удовольствии немного пошпионить за ним и проводящим собеседование дедом. Зрелище вышло потешным — шестидесятилетний мужик (обутый, кстати, в самодельные «кроксы». Похоже, я заразил Йонагуни настоящим вирусом) бледнел, потел и мямлил, как оказавшаяся среди матросов благородная девица. Понять можно — помимо уже имеющихся регалий, Ринтаро-сенсей получил еще и статус местной рыбацкой легенды. Мои деточки не веселились, а относились к происходящему с пониманием — в отличие от меня, у японцев с чувством ранга все в порядке.
Садовник был признан годным и подвергся найму. Теперь, вернувшись сюда следующим летом, не придется начинать с нуля. Кроме того, его жена будет поддерживать порядок в доме — влажный воздух благотворно действует на плесень. Загниваем, блин, буржуизируемся — вот уже и слуг завели. С другой стороны — на Йонагуни работы мало, и дедушка-садовник искренне рад прибавке к пенсии. Вот так и становятся капиталистами.