Беру листок, диктую номер своего общежития.

— Не обещаю. Попробую, — говорю я.

— К Вам на тренировку Владимир Владимирович заедет. Хочет что-то обсудить…

На папин приказ возвращаться в Москву Булганин не отреагировал. Лишь пробурчал под нос:

— На вечер билеты в театр. Завтра танцы. Может послезавтра?

Это он что? Подсказывает мне что маршалу говорить?

— Чем бы до вечера заняться? — тянет нарушитель маршальских приказов.

— А ты углёк сходи натаскай, — подсказывает Васечка.

— Чё? Дурак? Чем тогда утром заниматься? — вздыхает гостиничный Обломов. — Может на авиазавод съездить? Посмотреть как другие летают?

— А ты придумай что-нибудь эдакое… Систему целеуказания и наведения. Орден дадут. С Дарьей ничья будет, — подтруниваю я.

Систему, — задумчиво произносит лётчик, — А давай придумаем.

И достаёт тетрадь с карандашом.

Вот, опять вляпался. Нужно ровно сидеть и это… Не отсвечивать.

Рисую по памяти схему из журнала «Авиация и космонавтика». Ничего сложного. Говорю, что РЛС или командный пункт можно сделать летающим. Только самолёт большой нужен. Очень большой. Лёва вспоминает про американский аналог, что у нас в серию пошёл.

Заходит Дарья и с удивлением замечает, что кавалер на неё не реагирует. Присаживается рядом с Колобком. Лёва с гордостью заявляет:

— Нам с Жаровым за это (кивает на тетрадь) по ордену дадут.

— Иди ты… — удивляется начинающая авиалюбительница. — А тебе то за что?

— А я всё решу… Тут мало придумать — тут до конца нужно довести…. Хотя меня в КБ к генералам могут и не пустить. На хрена им головная боль…

Я хлопаю авианаводчика по плечу:

— В партком завода иди. Тогда на тормозах не спустят. За такое партбилет можно на стол положить…

Для похода в театр Лёва выпросил у меня мою тройку. Одел. Прохаживается перед Колобком, наслаждаясь васиным охренением. Тут вплывает Даша в зайцевском прикиде:

— Ты такой красивый сегодня!

— Это же очевидно, — отвечает привыкший к такому «элитный парень».

— А почему ты не сказал какая я красивая? — спрашивает музыкантша-огнепоклонница.

— Это же очевидно, — рисуясь, отвечает мажор, но повернувшись к Дарье спиной, получает пинок под задницу…

Перед двухсторонкой выбрал себе в команду приехавших со мной плюс Саню Денисова. Прошу ветерана Евсеева выбрать четырёх крепких защитников (вместе с ним) и ещё одного (второй-Денисов) быстрого и выносливого бровочника, которые при потере мяча на половине соперника будут быстро отходить назад, подкрепляя края нашей защиты. Мы с Васечкой в полузащите чужих инсайдов не держим, а помогаем в атаке своим нападающим, разрезая пасами защиту. При потере мяча мы быстро закрываем зону перед нашими центральными защитниками. В нападении Иванов и Бубукин при потере закрывают их полузащитников, оставляя возможность чужой защите либо отдать мяч в борьбу, либо просто запулить к чужим воротам. Соперники играют по классической схеме «Дубль-вэ». Получается у нас в быстрой атаке большинство на одного игрока, а при позиционной обороне у нас в защите тоже на одного больше.