Когда отряд, замеченный разведчиками, наконец, показался, в нем было вряд ли больше двадцати человек. Из которых в кольчугах лишь четверо. Но они несли мои цвета — на копьях были повязаны белые и красные ленты. Я решил выехать им на встречу.
Вскоре мы встретились. Их предводитель снял шлем, и в сопровождении всего трех всадников бросился к моему стягу. Когда он подъехал поближе, я узнал Эйрика с несколькими незнакомыми рыцарями. Не доехав до меня двадцати шагов, он слез с коня и бросился ко мне пешком. Моя свита занервничала, но только Дукат оказался достаточно сообразителен и хорош в верховой езде, чтобы вырваться вперед и заступить ему дорогу конем, угрожающе занеся руку.
— Пусти его! — велел я.
Когда Эйрик подошел, я открыл забрало и наклонился ему навстречу, протягивая руку.
— Рад тебя видеть, мой верный друг! — сказал я. Мучительно думая, что сказать про Ланса. Не хотелось портить отношение с этим кланом из-за одного идиота с повадками пса.
— О, мой сеньор! Какое счастье, что вы наконец, вернулись! — закричал Эйрик и схватил меня обеими своими могучими руками. Лицо его, под открытым забралом, было полно грусти. — У нас тут война! Война всех, со всеми! Долина пылает, Магн Итвис! Пылает от края, до края!