Но как же не вовремя этот русский самолёт появился…

* * *

Расследование убийства Второва шло ни шатко, ни валко.

Я, благодаря связям охранного агентства, был в курсе происходящего.

Типичный «глухарь», где толком и зацепиться не за что.

Впрочем, отсутствие хоть каких-то следов и свидетелей говорило само за себя. Работали профессионалы. На месте происшествия побывали и специалисты из охранного агентства и люди Степана, но всё напрасно. Никаких зацепок. Словно невидимки из ниоткуда появились, и так же неприметно исчезли. Ни следов от обуви, ни клочка ткани или окурка, и ни одной живой души, кто бы видел хоть какое-то подобие подозреваемых.

Большой неожиданностью для меня оказался звонок следователя. Старого знакомого, того самого, который как-то раз меня из тюрьмы отпускал.

— Олег Игоревич, нам надо бы встретиться, — сразу приступил он к делу, как только я понял, с кем говорю, после пары его напоминаний о минувших событиях, — Как вы смотрите на то, если мы вместе пообедаем в ресторане «Славянский базар», скажем сегодня, часика в два.

— Хорошо. Обязательно буду, — спокойно ответил я в трубку, морща лоб и решая очередную шараду.

Звонок сам по себе необычный. Обращение тоже. Да и само приглашение…

Как-то всё не так происходит. С чего бы позвонивший следователь так себя повёл? Да и не представился он, дав мне намёком понять, кто со мной говорит.

Первой мыслью у меня была возможность ловушки. Но тогда звонивший всяко — разно соблюдал бы положенные по этикету фразы. И уж никак не в ресторан бы меня, князя, пригласил. Такую нелепость вряд ли кому в голову пришло сотворить. Нет, тут что-то важное происходит, раз следователь на все правила поведения задвинул.

В общем, в ресторан я собирался, как на военную операцию. Даже комплект трофейный, тот, что для убийства архимагов предназначен, с собой прихватил.

Первыми в ресторан просочилась четвёрка моих охранников. И лишь после их сигнала, пошёл я.

Мой знакомый сидел в отдельном кабинете один, и похоже, немного увлёкся алкоголем, судя по графину с водкой, плескавшейся на самом дне. Выглядел следователь не очень. Красные глаза, чуть съехавший галстук, вылезшая из-под обшлага, больше чем надо, манжета с расстёгнутой пуговицей.

— А, приехали, Ваше Сиятельство, — поднял на меня следователь далеко не трезвый взгляд, когда я зашёл в кабинет, — А я вот свой отъезд изволю праздновать. В Иркутск, на повышение отсылают. Не приходилось никогда в Иркутске бывать?

— Не довелось, — ответил я, присаживаясь.

— А я как-то раз по молодости побывал. По нынешним временам жуткая дыра.