— Провинились в чём-то?

— Если бы провинился, то досрочно следующего чина я бы не увидел. Нет, тут другое. Слишком глубоко копать я начал по делу вашего Второва.

— Интересно. Вы-то там каким боком? Вы же Одарёнными занимаетесь.

— То-то и оно. Маг там был, может и не один. Очень искусный, должен заметить. Вот скажите, к примеру, смогли бы вы так магией берег речушки обработать, чтобы там ни следов, ни запаха не осталось, да ещё и чтобы в глаза изменения не бросались.

— Вряд ли. Со следами и запахами, допустим, я бы справился, а вернуть первозданный вид на берегу уже не смог бы, — прикинул я возможности своих заклинаний.

— А он смог. Пусть не совсем первозданный, но очень на то похожий.

— Даже представить не берусь, как это возможно.

— А он снежком, снежком всё присыпал. Малость не угадал, правда. Снег-то вокруг подтаявший был, а у него крупинками вышел.

— Хм, вроде уже не было снега, когда я прилетел к ним, — попытался я вспомнить события той ночи, когда Светку спасал от родственников и жениха.

— Был. У речки в низине был, а в кустах ещё и вовсе сугробы лежали.

— Понятно. И что же вы в таком случае накопали, если не секрет.

— Я другим путём пошёл. Решил поискать, кому смерть Второва выгодна могла быть, а заодно поискал, не перебежал ли он кому дорогу. Вот тут-то у меня и произошёл первый разговор с заместителем нашего начальника. Он мне чисто по-отечески посоветовал дело закрыть, да за другое приниматься, а я его не послушал.

— Это что у вас, заместитель самый главный?

— Так оно и есть. Начальнику два месяца до пенсии осталось. Ждёт не дождётся, когда можно дела будет сдать и к себе в крымское имение уехать. Косточки погреть на старости лет, как он изволит выражаться.

— Бог с ним, с вашим начальником. Нашли-то что?

— Черновики купчих мне в руки попали.

— Дайте дальше сам попробую догадаться. В них указано, кому заводы Второва за полцены будут проданы. Так?

— Можно и так сказать, что за полцены, а можно и по-иному рассудить.

— Это как, по-иному?

— Если рассрочку платежей на пятнадцать лет дать, то за это время заводы сами себя выкупят, и с лихвой. Прибыль, я полагаю, они немалую приносят?

— Хорошую, — согласился я, — И кто в счастливых покупателях значится?

— Разные неизвестные никому товарищества. И вот тут-то начинается самое интересное. Там мудрёные цепочки вроде бы построены, но так или иначе, ведут они к одному и тому же лицу, точнее к его банку. Вам фамилия Морозов что-нибудь говорит?

— Ну, как же. Известный промышленник.

— И не только промышленник. Он ещё и лучший друг нашего заместителя. То его жене на год абонемент в ложу театра подарит, то его дочке, между прочим, своей крестнице, колье бриллиантовое вручит на совершеннолетие, то сыну оплатит учёбу в германском университете. Чистый благодетель, да и только.