— Решились таки. Значит и мы через неделю полетим, — негромко сказал Игорь Шувалов, староста их группы. Несмотря на поднявшийся было гвалт, его многие услышали и шум понемногу начал стихать. Клан у Шуваловых большой, и в столице не на последнем счету будет. Даже в руководстве Академии есть их люди. Курсанты знали, что из старосты, парня не слишком разговорчивого, много не вытянешь, поэтому приготовились внимательно слушать каждое его слово.

— Игорь, а куда нас пошлют? — первым не выдержал Артемьев, вслух озвучивая основной вопрос, волнующий всех.

— Туда, где линия фронта устоялась. В наступлении командованию не до нас, а при обороне или отступлении возможны критические ситуации. Так что туда нас тоже не пошлют. А где у нас линия фронта стоит и наблюдается относительный паритет в военной силе? — спросил староста у Артемьева.

— Луцк, Белосток, Гродно, — мельком глянув на настенную карту, отбарабанил любитель новостей, — Мы там уже с месяц флажки не двигали. Ага, значит с поляками будем воевать.

— Говорят, наши там в серьёзную линию обороны упёрлись, — поделился сведениями кто-то из курсантов, стоящий за спиной Олега, — Успели понастроить, гады.

— Опять эти поляки. Всё лезут и лезут. Что им у нас надо? Мало мы их били, что ли, — прогудел знакомый Олегу голос с другой стороны. Из их компании говорун. Никита Тарский. Чудной у него голос, говорит так, словно он из бочки вещает.

— Да давно они нас не любят. Ещё с девятисотых годов от рождества Христова. Они тогда католическую веру приняли, а мы православную. С этого вражда и началась. И не только мы их били, но и они Москву два раза брали. Первый раз её с 1610 по 1612 год оккупировали, а второй раз вместе с Наполеоном сюда приходили. Ну и мы, понятное дело, у них в столице не раз отметились. Так что нелюбовь у нас взаимная.

— Браво! Кто это у нас такой знаток? А-а, Никонов, я так и думал. Никонову ставлю пять. Рассаживайтесь по местам. Этот урок военной истории мы посвятим заинтересовавшей вас теме. Итак, отношения России и Польши до третьей мировой войны и после неё, — преподаватель военной истории похоже был рад, что для изменений в программе ему не пришлось искать повод. Несмотря на то, что курсанты и сами уже догадались, где у них будет проходить практика, преждевременно подтверждать информацию он не хотел. Жизнь — штука переменчивая и полна сюрпризов.

— Игорь, а почему через неделю? — вполголоса поинтересовался неугомонный Артемьев у старосты, когда они пробирались на свои места.

— Академия нас своими дирижаблями повезёт. Управлять третьекурсники будут. Им, чтобы туда — обратно сходить дней пять нужно. Вывезут второй курс, вернутся, обслужат дирижабли, тогда и мы полетим, — как всегда рассудительно высказался Шувалов, обосновывая выстроенную им несложную логическую цепочку.