Войдя внутрь, я осмотрелся. Два десятка стульев заняты штабными мордами, часть из которых претендовали на звание бывалых вояк, а вот остальные — офисные крысы и не более. Во главе круглого стола расположился герцог Фридрих. Внешне он не впечатлял, но подчинённые смотрели на него с уважением.

По бокам стол завален различными докладами, а в центре лежала огромная карта Российской империи.

— Горелик, займите своё место и начнём, — сухо бросил герцог, указав мне на свободный стул.

Я кивнул и принял приглашение. Поражаясь этому фарсу. Даже у мятежных япошек были артефакты, раскрывающие перевёртышей, а этот удосужился здесь установить лишь глушилку связи и порталов, да и то не самую мощную, раз уж я смог открыть портал в Дубровку. Позорище.

Не удивительно, что он так разнервничался, когда я отобрал у него контракты на продажу продуктов питания. Видать, в Польше совсем худо с деньгами. Герцог кашлянул и начал вещать:

— Как вы уже знаете, наши русские партнёры перестали быть партнёрами. А раз уж дружбе конец, то нет смысла откладывать то, к чему мы готовились все эти годы. Вацлав, что с техникой?

О-хо-хо! В войнушку решили поиграть? Что ж, очень ожидаемо. А если этого ожидал я, то и император должен об этом догадываться. Повезло полякам, что в ряды верховного командования затесался я. Иначе бы им пришлось лить кровь не пойми ради чего.

— Переброшена на границу с Брестом. Тридцать танков, два десятка артиллеристских установок. Мы готовы осадить город в течение получаса. Как только Брест падёт, дорога на Минск будет открыта.

— Замечательно, — улыбнулся герцог. — Янковский, что с авиацией?

— Девять дирижаблей загружены снарядами под завязку. На борту маги-воздушники. Они позволят разогнать машины до ста пятидесяти километров в час.

— Что докладывает разведка?

— На границе расположены чисто символические силы противника, мы сметём их, даже не заметив, — сообщил Вацлав, самодовольно пригладив усы. — Если наши союзники из Латвии не сдрейфят и атакуют со стороны Витебска, то у нас будут отличные шансы занять всю европейскую часть России к концу года.

— Разрешите и мне сказать пару слов, — я поднялся со стула и поймал на себе взгляды двух десятков человек. — Бум! — выкрикнул я и хлопнул в ладоши.

Пока верхушка Польской власти обсуждала вторжение, мои споры уже вторглись в кабинет и распространились по полу. Этого никто не замечал ровно до момента взрыва грибницы. Синие споры взлетели в воздух и моментально вросли в тела командующих, парализовав их. Они даже со стульев не успели вскочить. Просто с ужасом смотрели на меня, не понимая, что происходит.