А вообще корабль «Заря» получился вовсе не легким, его масса в полностью снаряженном состоянии достигала восьми с половиной тонн, это пока предельный вес, который мы могли вывести на орбиту в триста километров, используя четыре дополнительных разгонных блока… И то еще такое предположение нуждается в проверке, так как потребности в выводе озвученного веса на орбиту у нас еще не возникало. Могли ли мы сделать Зарю легче? Вряд ли, и так использовали углеродное волокно везде где можно, иначе бы вес получился тонны на две больше. Кстати в этом случае Челомей не разделял моего стремления как можно сильней облегчить всю конструкцию, он предлагал просто увеличить мощность носителя.

— Что толку сейчас решать проблемы веса, — недоумевал он, — все равно у нас в проекте новая линейка носителей.

— Так и старая никуда не денется, — пытался я обосновать свое решение, — а технология уже отработана, опять же запуск будет значительно дешевле.

— Так вся эта дешевизна на доработку «Зари» уйдет.

— Зато какой красивый корабль получится, — попытался схитрить я.

— Он и без твоих доработок хорош, — возразил Владимир Николаевич, — Жалко, что садиться самостоятельно не может.

— Вот, для того чтобы потом научить его садиться, нам и нужно бороться с излишним весом. — Это последний аргумент, и возразить против него трудно.

Двенадцатого марта к нам на совещание заявился Буденный, обычное дело, он часто изволит присутствовать на наших рабочих совещаниях, уже привыкли, но в этот день он был как-то по особенному мрачен.

— Вчера состоялось совещание у Устинова, — заявил он, когда все сотрудники покинули кабинет, — Королев с Микояном, вышли с предложением о создании истребителя спутников.

Микоян, это не партийный функционер, который Анастас Иванович, это его младший брат Артем Иванович, под его руководством были созданы истребители МиГ.

— И? — Насторожился Главный.

— Королев под это дело хочет реанимировать свой проект «семерки», и просит выделить на это средства.

— А уже есть проект истребителя? — Выражаю я удивление, запрашивая у «железяки» справку по Микояну.

Оказывается в моей реальности в ноябре 1960 года Королёв, Микоян (ОКБ-155) и Кисунько (СКБ №30 КБ-1) обратились к главе государства Никите Сергеевичу Хрущёву с проектом комплекса, состоявшего из трёхступенчатого варианта межконтинентальной баллистической ракеты Р-7, беспилотного космического аппарата-перехватчика и радиолокационных средств системы противоракетной обороны. Но тогда проект не прошел благодаря тому, что с подобной инициативой на Хрущева уже вышел Челомей и в результате 23 июня 1960 года было выпущено постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР №714−295 «О создании ракетопланов, космопланов, спутников-разведчиков и баллистических ракет с самонаведением». В нём ОКБ предписывалось в сотрудничестве с другими конструкторскими коллективами начать разработку сразу по четырём сложнейшим направлениям: беспилотный и пилотируемый орбитальные ракетопланы, беспилотный космоплан для исследования Луны, Марса и Венеры. А вот в данной реальности эти товарищи решили поторопиться, и время выбрали удачное, американцы уже вплотную подошли к запуску на орбиту космических аппаратов весом до полутора тонн. Естественно наши генералы сильно возбудились, вроде того, что нечего американским спутникам у нас над головами летать, раз мы первые вышли в космос, то он наш.