Одевшись, я прикрепил к поясу ножны со стихией огня, они идеально подошли для боевого ножа, который мне достался от снайпера. Всё-таки он оказался лучше остальных, и я решил оставить его себе. Ещё я взял парочку метательных ножей и сумку с новыми эликсирами, которые мне достались от стражи. Остальные требовали тщательной проверки, но думаю, и этого мне хватит, на крайний случай. В конце концов, вступать в конфликты или геройствовать я больше не собирался.

Генрих Михайлович уже ожидал меня в аудитории. Высокий худощавый мужчина средних лет сидел в кресле и читал газету.

— Есть что-нибудь интересное? — спросил я, обратив на себя внимание.

Генрих Михайлович слегка отвернул газету, чтобы посмотреть, кто его побеспокоил:

— Донской, — он узнал меня. — Ничего, что бы касалось моего предмета. Хотя, какая, собственно, разница? Ведь скоро нам всем наступит конец, — заинтриговал меня преподаватель.

Он аккуратно сложил газету, закинул ногу на ногу и продолжил:

— А знаешь почему? — спросил он у меня.

— Потому, что наша империя теряет земли? — попытался ответить я: кажется, экзамен уже начался.

Генрих Михайлович любил философствовать, правда, исключительно по профилю своей профессии, или как он считал — призвания.

— Молодец, не ожидал от тебя такого быстрого ответа, — похвалил он меня и начал покачивать ногой.

Дмитрий заметил эту особенность на третьем году. Преподаватель всегда так делал, когда ему нравился ход беседы. Некоторые ученики тоже замечали и таким образом понимали, какие темы стоило затрагивать, а какие — нет. А может, он делал это нарочно, чтобы им помочь?

— А знаешь ли ты, Дмитрий, где именно мы их теряем? Я об этом вам рассказывал, — он прищурился.

Вот гад, а не мог спросить у меня что-нибудь полегче? Откуда мне знать? И подкупить его не получится — слишком гордый.

— На Востоке и Северо-Востоке Империи? — конспиролог из меня не очень, я не смог сдержать виноватую улыбку.

— Верно, — он тоже улыбнулся. — Здесь у нас имеются проблемы. А ещё где?

— Везде, — уже более серьёзно ответил я.

Сначала я хотел ответить более грубо, но потом до меня дошло, что конкретно он имел в виду.

Система фортов, которую мы обсуждали с Замойским, была настолько неидеальна, что за одну волну Империя могла потерять чуть ли не целую область. Часть земель в итоге удавалось отбить, но так было далеко не всегда. Армия не резиновая и не всегда успевала сделать это вовремя. А потом это становилось уже не так актуально — люди разбредались по другим городам и областям, и обратно их уже просто так не заманишь. А значит, и ресурсы на освобождение таких территорий переставали тратиться. Получался некий замкнутый круг.