Остальные бойцы начали гоготать как ненормальные. У них тут конкурс какой, что ли? Шутка-то так себе.

— А вы Эдуард Антонович, я смотрю, любитель хорошо посмеяться, — я улыбнулся вместе со всеми, — Даже команду себе подобрали соответствующую, без единой извилины.

— Говори, что хочешь крыса, — Сундуков отмахнулся от меня рукой и расслабился на диване, — Но дальше будет вот что, сначала мои ребята поломают тебе руки и ноги, — начал он загибать пальцы, — Потом ты расскажешь, куда дел мой товар, ну а потом мы тебя обоссым и, возможно, если ты будешь умолять, оставим в живых, что скажешь? Хорошую увеселительную программу я придумал?

Зал снова разродился отвратительным гоготом, который неприятно резал уши, и я поморщился.

— В таком случае позвольте и мне показать вас один фокус, — я поднял руку и сделал пальцы в виде пистолета, а потом направил его на одного из бойцов, — Пах! — сказал я и он упал замертво с простреленной головой.

В помещении воцарилась гробовая тишина. Боец, который находился рядом с ним, подбежал ближе и потрогал покойника за плечо.

— Он убил его! — обалдевший от подобного фокуса боец сообщил Сундукову.

— Что же вы, Эдуард Антонович не смеётесь, весело же? — я хохотнул и начал убивать из пальца бойцов одного за другим.

В панике они попытались бежать и прятаться, но мои обновлённые пули в виде сверла прекрасно их догоняли и пробивали преграды в виде столов и диванов, за которыми они прятались.

Через минуту в помещении остались только мы с Сундуковым.

— Ты… — сказал он трясущимися губами, — Кто ты такой…

— Секундочку, — я развернулся и выстрелил в барную стойку, за которой спрятался бармен, — Вот теперь, мы тут точно одни. Так, что ты там говорил?

Глазки Сундукова забегали по залу. Он прекрасно понимал, что находился на волоске от смерти. Именно такой реакции я от него и ожидал. Трус, который решал всё свои проблемы силой, сам оказался в подобной ситуации.

— Ну? Что ты молчишь? — я улыбнулся, пойдём, дорогой, посмотрим твой кабинет.

Я активировал вторую «скорость» и за мгновение ока оказался рядом с ним. Схватив его за шкирку, я с силой метнул его в сторону лестница.

— Пошевеливайся, кусок дерьма! — рявкнул я на него, — Я не буду ждать вечно!

«Защитный покров» не дал ему поцеловать дверной косяк, а жаль. Но в любом случае Сундукова проняло, и он запел:

— Погоди! Не надо! Я сам! — поднявшись на колени, начал лепетать передо мной он.

— Тогда поднимай свою задницу и шуруй в кабинет, — уже более спокойно сказал я.

Дождавшись, когда он поднимется с пола, я хорошенько пнул его под зад, но не так сильно, только чтобы придать ему ускорения.