— Забудьте, — начал я, — Это всего лишь последствия боя с Великим архимагом. На самом деле, вы прекрасно знаете, что я пришёл сюда совсем по другому поводу.
— Даже так? — генерал не выглядел удивлённым, наоборот, он словно ожидал от меня подобных слов, — В таком случае я внимательно тебя слушаю…
— Владимир Александрович, что вы знаете про Китай? — я зашёл с самой неожиданной для него стороны…
— Китай? — генерал нахмурился, и его взгляд стал холодным, словно сейчас решалась моя судьба…
Глава 6
Генерал потёр палец, на котором находился массивный перстень и нас начал окутывать мыльный пузырь. Подобную технику я уже видел. Её многие использовали, когда не хотели, чтобы их разговор кто-либо услышал. И если генерал до сих пор не кинулся меня атаковать, значит, я на верном пути.
— Дмитрий, надеюсь, тебе не надо объяснять, что наш разговор не должен покинуть этого пузыря? — холодно произнёс он.
За несколько мгновений от того генерала, которого я знал, не осталось ровным счётом ничего. Холодный и безразличный взгляд убийцы. Чёрт! Да я узнаю подобный взгляд из тысячи, когда-то я каждый день любовался им в зеркале…
— Рассказывай, — приказал он мне.
Выбора у меня не оказалось, я сам ввязался в эту историю и теперь просто обязан довести её до конца. Начал я с того, что рассказал генералу про планы по строительству железной дороги. Мол, что по слухам, монгольская армия появилась здесь не просто так и денег проспонсировать подобный поход самостоятельно, у барона Собакина не имелось и не могло быть.
Разговор оказался намного тяжелее, чем я думал. Я как мог, старался разбавлять добытую информацию левыми деталями, чтобы генерал не смог подловить меня. Всё из-за наводящих вопросов, которыми он просто меня засыпал. Но мы оба уже знали, к чему он приведёт.
— Думаю, что за войной стоит не только Китай, — выдал я новую информацию, на которую генерал отреагировал очень активно. Особенно когда я назвал фамилию Турова и неизвестных покровителей из столицы.
— Дмитрий, — генерал остановил меня, — Обвиняя в подобных вещах настолько высокопоставленных людей, ты ходишь по очень тонкому льду, ты это понимаешь?
— Понимаю, генерал, прекрасно понимаю, — я ухмыльнулся, — А ещё я понимаю, что у меня нет выбора.
— В каком это смысле? — он удивился.
— В прямом, — я пожал плечами, — Я слишком глубоко залез в эту кроличью нору, чтобы отступать. Как и сказал ранее, именно поэтому я здесь.
— Понимаю, — он тяжело вздохнул, — И что мне с тобой прикажешь делать?
Генерал задумался на минуту, которая, как мне показалась, тянулась для меня целую вечность.