— Сукины дети! — выкрикнул он на монгольском и плюнул в мою сторону.

— Будешь варежку разевать, я тебе выбью все зубы, — на полном серьёзе сказал я на его родном языке и пододвинул ботинок к носу, — Ты меня понял?

Алтан моему знанию монгольского языка слегка удивился, но потом вспомнил про амулеты и попытался отвернуться. Тоже мне, гордый воин рода Нирун. Изначально я планировал его подлечить, чтобы дорога была более комфортной, но теперь я этого делать не буду из принципа. Я натянул ему повязку обратно на глаза и приказал открыть рот. На удивление сопротивляться он не стал, уже понял, что шутить в подобном состоянии не очень-то и выгодно.

Эх, жаль… Такой дар пропадает зря. Я взглянул на дар «взрыва» со светлой руной, который находился у него в груди. Может, прикончить его после переговоров? Я на полном серьёзе задумался об этом под пристальным взглядом Сайны, которая сидела в другом углу. Моё отношение к её соплеменнику, понятное дело, ей не понравилось, но я и не стремился к дружеским отношениям. Тэмур, которого она знала, уже давным-давно выветрился у меня из памяти.

— Потерпи, — я улыбнулся своей фирменной улыбкой, — Скоро всё закончится, конечно, если твои родственники из рода Чонос согласятся на наши условия.

— Мы вам этого никогда не простим! — она посмотрела на меня с ненавистью.

— Ну-ну, как говорится, не зарекайся, — я продолжил улыбаться, — Ты-то может и не простишь, а вот отношения между империями — это другое дело.

Я хотел поднять ей немного настроение, но получилось не очень. Сайна нахмурилась и отвернулась от меня. Я подхватил девушку под локоть и поднял вверх, прижав к себе.

— Прости, красавица, но нам уже пора, — сказав эти слова, я подхватил её на руки и понёс на выход.

Выдав последние инструкции Пожарскому, я заметил Дымку, которая сидела на всё той же обрубленной ели около края лагеря и тревожно клокотала.

Активировав дар «управления животными», я тут же потянулся энергетическим ручейком к её сознанию. Птица действительно оказалась чём-то встревожена, поэтому я попросил её передать мне свои чувства и мыслеобразы.

Враги, десятки врагов приближались к лагерю со стороны рыбацкой деревни. Чёрт! Это в наши планы не входило. Повезло, что девочка решила перед сном сделать пару кружочков над нашим лагерем и его окрестностями.

— Что-то случилось? — Пожарский, глядя на зависшего меня, нахмурился.

— Враги, — повторил я то, что видел в своём сознании, — Много, нужно отсюда уходить как можно скорее.

— Сколько у нас времени? — спросил Великий, останавливая одного из охотников, проходившего мимо.