Натянув на шнурок россыпь из пятнадцати копеек с «защитными покровами» и пятью копейками с «регенерацией» по серёдке, я пришёл к выводу, что этого будет вполне достаточно для амулета. Главное — чтобы все они прилегали к телу. Для сбруи я оставил столько же, но, увидев, как Сайна начала её снимать с Упрямого, решил, что такой вариант более ему не подойдёт. Значит, сделаю ему амулет со шнурком побольше.

Я стал связывать клубок шнурков, который натырил у бойцов в один большой. Я так увлёкся, что и не заметил, как Упрямый встал на ноги, а когда увидел, искренне улыбнулся. Конь начал фыркать и бить копытами землю, даже на дыбы попробовал встать.

Я встал с поваленной сосны и понёс амулеты, но Сайна меня остановила.

— Не подходи, я обещала ему, что ты больше не будешь над ним издеваться, — она говорила всё это на полном серьёзе.

Конь фыркнул в мою сторону. Мне даже показалось, что он высунул язык. Вот хитрый балык, а что, если он специально лежал и слушал? Впрочем, меня подобный расклад устраивал.

— Как скажешь, — я протянул амулеты, — Одень на себя и на Упрямого, ещё ничего не кончилось.

Сайна кивнула и выполнила мою просьбу. А пока они готовились к дальнейшему походу, я начал паковать Алтана. На этот раз испытывать судьбу я не стал и обновил парализующий шип в его плече. А после, запечатал кисти в каменную сферу. Хватит с меня сюрпризов.

Понятное дело, что ни о какой перевозке пленников на Упрямом, речи больше не шло. Сайна шла рядом с ним, а я тащил ублюдка на своём горбу позади, что мне очень не нравилось, но других вариантов больше не имелось…

(Утро, зал для переговоров, крепость «Аршан»)

Граф ходил по залу туда-сюда. Он заметно нервничал, поглядывая на специалиста по связи, который устанавливал переговорный артефакт. Давненько он не пользовался подобными артефактами. Собственно, их и использовали только в подобных случаях, когда ни одна из сторон не доверяла переговорщикам.

Анна связалась с ним прошлым днём, объявив о том, что монголы согласились на переговоры и что в качестве наблюдателя решил выступить сам Туров. Как ей это удалось, отдельный разговор, а вот участие Турова…

Граф Карамазов очень сильно недолюбливал Турова, считая его очень скользким типом. Не зря же он объявился в форте в тот день. И ведь главное — граф пытался связаться с ним, но тот лишь сложил свои лапки, со словами, что победит сильнейший.

— Падла! — вырвалось из уст графа, что сильно напугало всех присутствующих.

Граф опомнился и продолжил ходить туда-сюда. Он кинул меня с самого начала! И если бы не вмешательство его дочери… Откуда у неё вообще взялись эти пленники? Я же помню, что Разгонов говорил про убийцу. Выходит, кто-то вышел на неё и передал пленников? К чёрту! Зачем ломать голову сейчас. Граф взглянул на часы, переговоры должны начаться через пять минут.