— Я не виноват! — взмолился он, попытавшись ухватить меня за ботинок, но «защитный покров» сделать этого не позволил, — Это всё Донской! Точно! Это барон во всём виноват! Мы с Вероникой хотели пожениться, а он, он украл её у меня прямо перед свадьбой! Вот я и подумал, что здесь ей смогут помочь и мы станем настоящей любящей друг друга семьёй!

Я хмыкнул от подобной наглости. Любящей семьёй? Ну да, охотно в это верю. Ухватив его «нитями» за руки и ноги, я начал выгибать их в разные стороны.

— Ты осёл, раз решил полезть на Донского, — сказал я и сломал ему вторую руку.

— А-аа-а-у-и-ааа! — завопил казначей.

— Барон находится под моей крышей, и теперь ты заплатишь за то, что решил крошить на него батоны.

— Прошу вас! Я же не знал! — слёзы на глазах казначея превратились в ручьи, — Умоляю! Я сделаю всё, что вы прикажете!

— Конечно, сделаешь, но сперва расплата, — левая нога хрустнула в районе коленной чашечки и выгнулась в сторону.

— Оу-а-ааа! — закричал он ещё сильнее, — Я всё понял! Понял! Я отменю все приказы! Я разблокирую счёт! Умоляю! Я буду служить вам вечно! Прошу, только не надо больше мне ничего ломать! — из последних сил выпалил он.

— Захлопни свою пасть и слушай сюда, — процедил я и начал перетирать его «защитные покровы» в порошок.

«Волшебные нити» пришли в движение, и «защита» ублюдка начала сиять синими всполохами до тех пор, пока не лопнула, разлетевшись на тысячи осколков.

— С сегодняшнего дня ты служишь мне!

Ещё один «защитный покров» лопнул, вызвав ещё больше ужаса в глазах казначея.

— Выполняешь мои приказы без промедления! Ты меня понял⁈ — рявкнул я не наго.

Последний «защитный покров» взорвался осколками и «нити» впились в свою жертву по-настоящему.

— Понял! Понял! — закивал он.

— Хорошо, а теперь мы с тобой попрощаемся ненадолго, — я сказал я весёлым голосом и лишил его рук и ног.

Казначей успел только пискнуть, после чего сразу же потерял сознание. Шутка ли, он и так выдержал неприлично много травм, но последняя оказалась для мозга слишком невыносимой.

Не знаю, зачем я завёл этот разговор. По-хорошему нужно было бы его прикончить и дело, с концом. Вот только отказываться от настолько удобной пешки мне не хотелось. Казначей Красноярска, который ходит под бароном, да где такое видано?

Попытается свалить и забиться в какой-нибудь угол — пускай, земля круглая, рано или поздно мы всё равно встретимся. А пока, пусть отменяет все свои санкции по отношению ко мне. К тому же… Я взглянул на Нику, не мне решать жить ему или умереть, пусть сама решит… Захочет, чтобы он подох, так тому и быть, но только после того, как я выжму из него всё, что смогу.