— В этом нет необходимости, — Настя отмахнулась, — Без моего отца вмешиваться в дела столь высокого уровня нам нельзя, — Лучше расскажи мне, что с Никой? И почему информация о моей подруге миновала мои уши! — княжна нахмурилась, — Ты даже не представляешь, в каком состоянии сейчас пребывает мой отец, — продолжила она, — Нет, он, конечно, рад, что ты жив, но как понимаешь, не от всего сердца. Даже предупредил меня, чтобы я держалась от тебя подальше.

— Что, так и сказал? — я ухмыльнулся.

— Так и сказал, — Настя не смогла удержать улыбку, — Держись от этого прохиндея, говорит, подальше. Я вот думаю, а может, он прав?

— На все сто процентов, — я притянул девушку к себе и поцеловал, — А с Никой всё в порядке, она находится в надёжных руках. Ублюдки не успели ничего с ней сделать. Генерал подоспел вовремя, — доложил я.

Говорить о том, что сейчас там творился ад на земле, я не стал. Не хватало ещё, чтобы она туда ломанулась, чтобы защитить отца. Генерал старый тёртый калач и наверняка справится сам. Шутка ли? Устроить погром почти в самом сердце Красноярска. Да там сейчас все службы на ушах стоят, не удивлюсь, что и сам губернатор поспешил туда, чтобы уладить конфликт. Уж без него там точно не обойдутся. Слишком много высокопоставленных людей там замешано.

— Рада это слышать, — Настя с печалью взглянула на Луизу, — Дальше мы справимся сами, проваливайте отсюда, я распоряжусь насчёт броневика…

(Недалеко от «Усадьбы Послушания»)

Генерал-губернатор сидел в своём броневике и слушал доклад одного из дознавателей. К его приезду, бой, который вёлся на территории усадьбы, уже закончился, увы, не в пользу гостей, который приехали на так называемый «Выпускной».

Чёртов Дандевиль! Опять он лезет в дела, которые его никак не касаются. Поставили же человека бороться с тварями, чего ему неймётся? Теперь придётся объяснять императору, почему у меня под носом практически в открытую занимались рабством. Но и это пол беды, он увидел кортеж, который показался из-за угла.

— Достаточно, — остановил он дознавателя, который уже около пяти минут перечислял ему список всех арестованных.

Список оказался внушительным и проще было сказать, кого там не было. Часть аристократов смогла покинуть территорию усадьбы благодаря Стигме, которого пристал Гнедых, но это и была вторая половина беды. Теперь император заявится сюда лично. Он подобные дела без внимания не оставляет.

— Павел Андреевич, приветствую, — открыв дверь, поздоровался Гнедых и без дополнительных церемоний плюхнулся на сиденья напротив, — Скверная ночка, не правда ли? — съязвил он, уставившись на недовольного Шувалова.