— Никуда ты не полетишь… — прошептал я, совершив ещё один выстрел.

На этот раз мне удалось зацепить ему левое плечо. Энергетический сгусток пробил его насквозь, оставив после себя оплавленную дыру. Цесаревича закрутило в воздухе, но отпускать свою добычу он не собирался. Вместо этого он начал вгрызаться в него словно собака, у которой пытались отнять вкусняшку, заглатывая в себя плоть, даже не глотая.

Как только он выровнял полёт, я заметил, что рана на плече исчезла. Да уж… Регенерация у него была по-прежнему на высоте. Прицелившись, я выстрелил ещё раз, пока расстояние между нами позволяло это сделать.

— Есть! — обрадовался я, когда пуля попала ему прямо в спину.

Убить я этого засранца не боялся. Романов ведь сам его на вольные хлеба отпустил. Значит, и в судьбе его больше участия не принимал. Может, и я сильно перебарщивал, но вылечить его было легче, чем драться в полную силу с неизвестным результатом.

На этот раз попадание оказалось удачным, и цесаревич пошёл на посадку. Как я и предполагал, ранение его не убило, но скорость серьёзно снизилась…

Я взглянул на заряды… Осталось два, а значит, один совсем недавно добавился. Выходит, снаряды генерируются раз в несколько минут. Это внушало оптимизм, винтовка была хороша, и даже если я не буду ей пользовался, обязательно найдётся тот, кто с радостью займёт моё место.

Цесаревич упал на землю и покатившись кубарем, наконец-то выпустил свою жертву из рук. Слегка зарывшись в землю спиной, он начал тяжело дышать, раскинув руки в разные стороны.

— Давай! Пристрели меня! — злобным голосом выкрикнул он, когда я подлетел ближе. — Ты ведь этого хочешь!

— Николай, не тупи. — я нахмурился, крепче сжав винтовку в руках. — Если бы я хотел, то прикончил тебя в замке скверны. Смотрю, ты пришёл в себя…

— Что с Вердисом? — спросил он, продолжая тяжело дышать. — Я более не ощущаю его власть…

— Я его убил. — спокойным голосом ответил я. — После этого вся скверна сошла с ума, и ты с Сиварой тоже.

— Ты? — он усмехнулся. — Не смеши меня. Как такой юнец мог справиться с Хранителем нашего мира?

Я знал, что он тянул время. Рана оказалась очень серьёзной, но я видел, как он шаг за шагом регенерировал, буквально сшивая себя нитками скверны. И в то же время мы должны были поговорить. Возможно, он поймёт, что его пытаются спасти, и наконец-то успокоится…

— Ты многого не знаешь. — хмыкнув, ответил я. — Но, если дашь время, мы вместе во всём разберёмся. Возможно, мне удастся тебя вылечить от скверны…

— Вылечить? — он продолжил усмехаться. — А кто сказал тебе, что я болен? Я стал гораздо сильнее в этом обличие! — Он показал мне руку, на которой скверна из жидкой брони превратилась в массивную чёрную кристаллическую перчатку. — Мне даже броня не нужна…