Глава 11
— Не многовато ли народу для встречи они согнали? — спросил я у Кристины, которая, кажется, и сама была удивлена.
— Император здесь. — нахмурившись ответила она. — Видишь вон тех гвардейцев? — махнув головой в левую сторону, спросила она.
— Вижу. — подтвердил я и сразу же вспомнил, что это гвардейцы князя Потёмкина. — Ты права. Просто так сгонять сюда столько народу не будут. Пойду за цесаревичем. — развернувшись, я направился в трюм.
Я понятия не имел, что будет дальше. Разговор с Романовым прошёл не очень гладко, я чувствовал через тысячи километров, что он был сильно подавлен, а значит, мог быть не в себе. У правителей частенько случались сдвиги по фазе. И зачастую такие сдвиги заканчивались не очень хорошо для остальных. Оно и понятно, не будет же он винить во всех бедах себя. Я усмехнулся. Как там обычно бывает? Царь хороший, бояре плохие?
Всё это и правда было бы смешно, если бы Романов не был моим потомком. В момент осознания этого я перестал улыбаться и даже почувствовал некоторую вину за случившееся. Если бы я не попёрся разбираться с Великим Чжулонгом в Японскую Империю, то всего этого, возможно, можно было бы избежать. С другой стороны, одна жизнь цесаревича, пусть и моего далёкого пра-пра-правнука, не стоит десятков тысяч жизней, которые каждый день гибли в шторме, который он породил.
Перепрыгнув в изнанку, я спустился в трюм и вновь остановился перед саркофагом с телами.
— Всё, Николай, пора прощаться. — я взглянул на цесаревича в последний раз и уже хотел накрыть крышкой саркофаг, как в голову пришла внезапная мысль. — А что сделают с тобой? — прошептал я, глядя на Сивару.
Я ведь не говорил императору, что он спутался с дочерью Вердиса. Если я отдам её императору, то, скорее всего, он её просто прикончит и забудет, как страшный сон. А что будет с Николаем, если тот проснётся?
Я задумался, но лишь на пару секунд. А после сделал ещё один саркофаг, куда и переложил цесаревича. Раз речи про Сивару не было, значит, она останется здесь.
— Ты уверен? — спросил у меня Хлад. — Если она проснётся, беды не избежать.
— Подумаешь! — пискнул паразит. — Перережет всех и сбежит! Идеально!
— Типун тебе на язык, паразит проклятый! — зарычал Хлад. — Если такое случится, то я первым тебя прикончу!
— А я здесь при чём⁈ — возмутился паразит. — Это ваше решение.
— Замолчите. — нахмурившись, приказал я. — Я уже принял решение и точка.
— Как скажешь. — Хлад отступил.
Не знаю, зачем она мне сдалась, но пусть будет. К тому ни цесаревич, ни она долго не протянут, если мы что-нибудь не придумаем. Накрыв оба саркофага крышками, я подхватил тот, в котором находился цесаревич, и направился на палубу.