Я взглянул на энергию, которой оставалось к тому моменту всего пять процентов, а потом на тяжело дышащего Ярослава, который сейчас лежал без сознания. Трудно знаете ли орать на протяжении нескольких часов, что было сил. Вот же незадача, он бы выдохся за первые пятнадцать минут, но мои дары «регенерации» постоянно обновляли ему голосовые связки и придавали новых сил.

Полина так и вовсе сидела вся бледная. Ей пришлось успокаивать парня всё это время. Чёрт! Не принимайте, дети, наркотики, если не хотите, чтобы с вас сдирали шкуру изнутри.

Примерно так это и выглядело. Сначала я попытался действовать осторожно, продвигаясь по миллиметрам, чтобы не дай бог не навредить. Но уже через пять минут подобных манипуляций я понял, что так мы будем продвигаться к финишу вечность. Сразу же после осознания незавидной участи я впрыснул ему в вену около двухсот пятидесяти миллилитров крови и начал в буквальном смысле сдирать стенки сосудов, чтобы дать возможность «регенерации» заняться делом.

С выводом из организма мёртвой плоти тоже пришлось попотеть. Я сделал несколько отверстий, из которых густыми соплями вываливалась вся гадость. Полина как это увидела, так и зажмурилась. Я её прекрасно понимал, зрелище не для слабонервных. К тому же Ярослав уже начал завывать, как сирена. Я даже приказал всем посторонним покинуть катер, чтобы не проходить столько серьёзных испытаний. Мы поднялись на пятьсот метров выше, чтобы никому не мешать. Сам же я просто сделал себе глиняные затычки и закупорил уши по максимуму.

В результате столь трудоёмкой операции мне удалось его излечить. По крайней мере, я так думал, глядя, как чистейшая кровушка струилась по его жилам. Свою кровь я тоже полностью удалил из его организма.

— Дай мне руку, — я попросил Полину. — Ты ведь тоже розовым порошком баловалась? — я хмуро на неё посмотрел.

— Да… — тихо прошептала она. — Я не знала, что он настолько опасен…

— Ничего, скоро мы покончим с этой дрянью раз и навсегда, — обнадёжил её я.

Взяв её руку и руку Ярослава, я начал сравнивать. У девушки с кровью всё было немного лучше — она принимала наркотики намного меньше как по количеству, так и по времени. Меня больше беспокоил ребёнок, который был очень слаб. Увы, но он подвергся поражению намного больше, чем сама мать.

— Скажи мне, а тот товарищ, что вам подсобил с порошком, ещё жив? — спросил я, не отпуская руки девушки.

Ответ я узнал в ту же секунду, но девушку всё равно выслушал. Ярослав, когда узнал, в какую задницу попал, тут же обратился зверем и растерзал его на мелкие кусочки. Ну хоть на этом спасибо. Правда, парень после гибели дилера не успокоился и продолжал убивать уродов, что торговали розовой смертью. Конечно, не просто так — процесс уже был запущен… Эх…