радуги, но на удивление обилие цветов не утомляло, а завораживало и расслабляло. — Браво! — прошептала я, восхищаясь работой маэстро. И в этот же миг его племянник нажал вторую кнопочку. Хрустальное небо вспыхнуло, ослепляя гостей, а по залу разлетелся оглушительный грохот и скрежет. Словно огромное чудовище разрывало крышу здания когтями, пытаясь пробиться внутрь… — Бездна! Разрыв Завесы! — воскликнула ректор. — Всем покинуть зал! Потолок пересекла трещина, и дворец сотряс рёв голодных монстров. Их когтистые лапы то и дело выныривали из разрыва, а на пол и головы гостей стекали чернильные капли. — Эршвах мирканто дивэлла! — Ингвард, Эдмунд и Элисандра сработали одновременно, накрыв всех присутствующих защитным куполом. Мы же замерли столбиками, как суслики, не в силах пошевелиться от растекающегося по венам страха и ужаса… Крики гостей оглушали, а чужая паника мешала мыслить и использовать магию. Я сходила с ума от переизбытка эмоций и неотрывно смотрела на трещину, из которой вылезало нечто… Кроваво-красная чешуя, бездонные чёрные глаза, в которых плескалась сама Тьма, пугающих размеров клыки и раздвоенный змеиный язык, со стекающей с него ядовитой слюной. — Вьен эрвах милекко! — воскликнул Эдмунд, загораживая меня собой. Голос дракона вибрировал от силы и ярости, и… это отрезвило. Помогло стряхнуть оковы страха и повторить за ним. — Вьен эрвах милекко! — воскликнули мы, вплетая свою магию в его заклинание и готовясь до последней капли крови защищать гостей. И в этот момент сбоку раздался сдавленный писк. — Шморин, вырубай! Это не та иллюзия! Что-о-о-о-о?! Это… это… иллюзия?! Та самая, которую они готовили для полигона? Гном ударил по пульту, и тварь с тоскливым рёвом заползла обратно в трещину, подгоняемая боевыми заклинаниями магов, решивших сражаться бок о бок со своим императором. А Ингвард в один прыжок оказался возле Шморина и вырывал из его рук артефакт, не позволяя окончательно развеять морок. — Что вы… — Вас гости убьют, если поймут, что это розыгрыш! — прошипел разъярённый некромант. — Вы… Оборотень неожиданно замолчал, и, проследив его взгляд, я увидела лежащую на полу Люсьен Димарио. Наш лич оказался менталистом, и устроенный гномами кавардак оглушил его, ослабив связь с чужим телом. «Это наш шанс», — мысленно сказал Ингвард, оплетая контуженную храмовницу управляющим арканом. Полигон. Хуан Мастер Трорин торжественно вещал, что эту демонстрацию мы не забудем никогда, а я осторожно сканировал горгулью, украшающую храмовую колокольню. Именно за