В помещении без окон, но с (генерал-майор знал о подобных устройствах) работающим и обеспечивающим удобный воздушный и температурный режим кондиционером, Скородумова настигло понимание, что его (с интересом к визиту в страну из 2021-го) взяли на заметку, возможно, ещё годом ранее, в посольстве РФ в Белграде.

— Капитан Руслан Ахметшин, ФСБ. Вам, господин Скородумов, необходимо ответить на некоторые наши вопросы…

Наименование наследницы ГПУ/НКВД (и «КГБ» из того будущего, до которого они не дошли «своим ходом»…) было уже на слуху в среде эмиграции. Те немногочисленные (единицы в Югославии) счастливчики, которые уже побывали в РФ, были наполнены впечатлениями о поездках, и, даже если и имели опыт встреч, предпочитали не распространяться о них.

— Могу полюбопытствовать… господин капитан, чем моя персона заинтересовала вашу службу? — осторожно, но уверенно поинтересовался Михаил Фёдорович.

К его удивлению, он не услышал рыка наподобие «Вопросы здесь задаю я!», его даже удостоили прямым и многое говорящим о предстоящей беседе ответом:

— Ваше прошлое… сбывшееся и не сбывшееся, господин командующий, так называемым русским охранным корпусом в Югославии… на службе Гитлера.

А затем, его предупредили, что вся их беседа будет записана в техническом виде и вопросы посыпались один за другим.

— Расскажите о ваших контактах с представителями германских оккупационных сил в Югославии…

— Каковы настроения в среде русских эмигрантов в Белграде?

— Какова истинная цель вашей поездки в РФ?

— С кем имеете контакты в РФ?

— Ваше отношение к хронокатаклизму?

— Какие ваши планы в эмиграции?

— Что думаете о политическом устройстве РФ?

— Имеете ли желание вернуться на родину?

и прочее и подобное…

Михаил Фёдорович отвечал, как мог. Желание о том, чтобы его пропустили в страну, было выше всего и он, не опускаясь до подобострастности, отвечал подробно и уверенно.

Самым удивительным было то, что два часа спустя он всё же добился своего. Капитан ФСБ, похоже, имевший полномочия, не стал заворачивать его обратно…

Когда он своими глазами наконец увидел изнервничающегося встречающего, в голове Скородумова всё ещё копошились змеи подленьких мыслишек — о возможности того, что именно Василий Жанович «заманил» его (чтобы «новороссы сдали его на расправу Советам»), но пока всё разбивалось о факт, что въезд в страну был ему разрешён и сотрудник ФСБ удовлетворился беседой с ним и подпиской об обязательстве Скородумова не предпринимать каких-либо действий, направленных против интересов РФ.

* * *

А сейчас… по прошествии очередного дня в РФ, он задумался о том, что никаких попыток вербовки или «попадания в застенки» наследников чекистов, которых он так опасался, всё ещё не случилось.