—Даже если человечество было создано этим Высшим Разумом?

—Конечно!

Толику вдруг вспомнился прочитанный когда-то сборник еврейских сказок. Одна сказка поразила — в ней евреи вызвали Бога на суд за какие-то неправильные действия. Бог упирался и спорил, но судья решил, что Бог был неправ, и тому пришлось подчиниться.

—Еврей, переспорь его, — жалобно попросил Толик. —Вы же все умные, евреи, так переспорь его! У вас уже получалось когда-то!..

Если бы Толика спросили, кем он сейчас считает Основателя — Богом или инопланетным сверхразумом, он бы не ответил. В общем-то, он тоже склонялся к мнению, что для муравья разница между человеком и слоном трудноощутима.

—Я не считаю этот довод убедительным, — ответил Основатель.

—Но для чего-то ты сообщил нам о ночи накануне? — вновь вступил в разговор Доктор Кеша. —Если уж мы вынуждены верить твоим словам — какова твоя цель? Неужели она состоит в том, чтобы отравить последние часы нашей жизни?

—Верный вопрос. Я решил дать шанс.

—Кому? — быстро спросил Бомонд.

—Миру. Людям. Вам.

—Тогда говори, время идет. — Это сказал Чтец.

—Нет, время пока не идет.

Толик посмотрел на часы в уголке экрана. Без пяти двенадцать. Он дышал, двигался, пил пиво, дальше по коридору играли в «Дизматч» охранники. Но время не шло.

Почему-то это совсем не удивляло.

—И что ты хочешь? — Чтец как-то незаметно взял на себя основную нить разговора. —Мы должны тебя переубедить?

—В какой-то мере. Любая жизнь осмысленна лишь тогда, когда осознает цель своего существования. Человечество так и не смогло этого достичь. Именно поэтому сейчас — ночь Накануне.

—Ты хочешь, чтобы мы нашли смысл жизни? Сформулировали цель человеческого существования? — Чтец поставил смайлик.

—Именно этим вы и занимались все время, но слова ни к чему не привели. Последняя попытка будет иной. Вы должны доказать мне, что человечество достойно жизни.

—Должны? — уточнил Чтец.

—Можете отказаться. Но мне кажется, что вы попробуете.

—Как?

—Вы можете отправиться в любое время и в любое место человеческой истории. Решите сами, что может послужить самым веским аргументом. Когда вы вернетесь, каждый из вас приведет свои доказательства. О времени не тревожьтесь — здесь все еще будет ночь Накануне.

—Ты очень злобный бог, — написал Корнеев.

—А вы очень злые люди. Но я даю шанс. Последний шанс. Точнее — двенадцать шансов. И я надеюсь, что кого-то из вас ждет удача.

—Да никуда я не пойду, — пробормотал Толик. —Это либо креза, либо…

В глухой стене комнаты вдруг проступили контуры двери — ее будто выдавили изнутри, сквозь пожелтевшую штукатурку.