— Детки, а ну шуруйте на третий этаж. Бегом!
Меня на руки подхватил Рон и быстро пошел к лестнице. Остальные тоже побежали наверх. Аким
попытался растормошить меня, потому что я до сих пор смотрела в одну точку.
— Лили, — позвал мальчик.
Рон поставил меня на пол на чердаке и положил пальцы на виски.
— Хватит, слышишь меня?
Благодаря ему вынырнула из видения и пошатнулась от слабости. Парень меня придержал, не дав
упасть.
— Когда взрослые машут кулаками, лучше не путаться под ногами. Мама с папой нам это долго
вдалбливали, порой ремнем.
— Это точно, — вздохнул Миша.
Нашла взглядом маму с братом и окончательно успокоилась. Через десять минут Майкл поднялся
к нам.
— Все спокойно, всех взяли. Дом цел. Можете спускаться.
Спустившись, мы закончили готовить блюда. А детям разрешили пойти домой только еще спустя
несколько часов. Их родители зашли за ними и подтвердили, что уже безопасно. Лия перед
уходом подарила мне новый браслет для защиты от ментальных атак. Такой, как я просила у
Миры, с синими камушками. Они были точечно в цветочках на браслете.
— Спасибо, — сказала я, немного смущаясь.
— Это тебе спасибо, ты не испугалась и смогла их остановить.
— Я испугалась, — призналась я.
Меня легонько обняли и погладили по волосам.
Глава 16. Древень
Через пару дней отец принес домой боксерскую грушу. Мы дружной детской толпой пошли
смотреть, куда он ее понес. Оказалось, он решил повесить ее в одной из комнат на первом
этаже. На потолке даже крюк был для этого. Повесив грушу, он сходил в гараж и принес
боксерские перчатки, четыре пары.
— А мне? — спросила я у отца.
— Лили, у тебя кулачки совсем маленькие. И таких маленьких не продают. Поэтому будешь брать
те, что чуть больше, если захочешь ударить грушу. Но для тебя я привез бревно, а то кто-то с
трудом сдерживается, чтобы коготки не поточить об диван или ковер.
— Чешутся, — сказала я чуть виновато.
— Понимаю, — сказал он, ласково потрепав меня по волосам.
Бревно положили за диваном, и мы с братом по очереди точили когти. По очереди, потому что я
залезла на бревно, прижавшись к нему, и отрывалась. Сестры вдвоем точили когти. А потом я
услышала, что отец боксирует. Все четыре любопытные моськи мигом оказались возле него и
смотрели, как он остервенело лупит грушу. Мама тоже была здесь, и отец ей что-то отвечал.
— Я же говорила, прибегут мигом. Им тоже любопытно, зачем ты такое чудо решил домой купить.
— Злюсь много, — сказал Корин, продолжая лупить грушу. — На работе ряд дел, с похищением
детей. И тех, кого ловим, нельзя бить, — сказал он, рыча. — А так я могу представить, что