— Только при индивидуальном общении. Но тут нужно с ее родителями общаться. Тебя сейчас на

мороженое будут раскручивать.

— А то я не знаю?! Я к этому уже привык и готов.

Детвора дружно ломанулась к мороженщику. Меня утащили с собой. Митчел заодно давал задание

посчитать, сколько всего нужно заплатить за лакомства одного вида. В задачки и я поиграла. И

порой отвечала быстрее старших ребят, чем очень их удивила.

— Лили, а тебе какое мороженое? – спросил Митчел.

— Не хочу, - сказала, насупившись, и ушла к качелям.

— Так-с, детвора, накормите девочку мороженным как-то.

Дети поступили по-детски. Они предложили откусить с рожка и попробовать, у кого вкуснее. Я

не почувствовала подвоха и осторожно попробовала лакомства. Мне понравилось, на удивление,

кисло-сладкое и сливочное, которое мама покупала. Мне отдали малиновое.

— Раз сливочное ты уже пробовала, еще распробуй получше малиновое, - прогнусавил

медвежонок, сын Митчела. – А я пойду за шоколадным, все-таки оно мне больше нравится.

— Точно? – спросила у него.

— Да. Хочу шоколадное.

Митчел потрепал сына по волосам и сказал так, чтобы слышал только он:

— Спасибо. Потом узнай, чего она отказывалась до этого.

— Так у нее денег нет, - сказал тихо мальчик. – Я слышал первоклашек. Они дразнят ее за то,

что у нее поношенная и не новая одежда. Они ее нищенкой обзывали вчера. Я подходил,

спрашивал, почему ее так назвали, а один из мальчишек сказал, что у нее только мама и нет

папы. Пап, разве так бывает. Ты же у меня есть.

— Бывает, сынок. Разное может случиться. Он мог погибнуть или не живет с ними.

— Не понимаю.

— Потом дома поговорим.

Ребенок, получив мороженное, пошел сел рядом со мной. И по-детски спросил прямо.

— А почему твой отец с вами не живет?

Детвора сразу уши навострила.

— Не знаю, - сказала честно – но бабушка на него сильно ругается.

Не стала развивать тему и говорить все, что слышала нелестное про отца с матерью. А Митчелу

этого ответа было более чем достаточно.

— А почему от вас такой сильный запах зверя, как от вашего отца?

— А мы уже оборачиваемся.

— Все?

— Почти, - сказал Глеб – Мы впятером еще не оборачиваемся, - намекая на себя и две пары

близнецов.

— Мама говорила, что оборачиваются в пятьдесят.

— Это средний возраст, - подсел к нам Митчел – Оборот, он очень индивидуальный. Вот эти две

наглые моськи обернулись невероятно рано! – показав на Мика и Кирилла – В восемь и десять

лет. Такие милые комки шерсти были.

Смотрю на ребят широко раскрытыми глазами. Мальчики быстро доели мороженное и обернулись.

— Ой, черненькие как моя мама!

Митчел застыл.