Когда мы с богиней уже доедали свой завтрак, то дроиды, стоявшие на охране периметра нашей половины королевского дворца, передали, что к нам пришла Хатшепсут с дочкой. Я очень надеюсь, что Бает не станет опять ревновать, увидев причину своих ночных переживаний.

Но нет. Увидев Нефру-ра, богиня расплылась в улыбке. Она любила детей и дети её тоже любили.

— Доброе утро, божественные, — весело прокричала девочка и подошла с поклоном сначала к Бает, а потом ко мне.

А вот её мама сделала наоборот. Она была ещё под впечатлением от вчерашнего вечера и, особенно, ночи.

— Доброе утро, божественные Монту и Бастет, — поздоровалась с нами Царица, в глазах которой я прочитал большое желание меня поцеловать., но она решила это сделать позже, когда подвернётся удобный случай.

— У тебя голова болела после сна? — спросил я девочку, сначала ответив на приветствие её мамы.

— Да и кружилась ещё, — ответила Нефру-ра.

— Что с ней?

— Сейчас посмотрю. Нефру-ра, иди ко мне.

Девочка подошла, ничего не опасаясь. Она знала, что боги детей не обижают. И была, отчасти, права. Но разубеждать её в своей вере я не стал. Она тоже раньше считала, что боги существуют только в сказках, а тут они сидят прямо перед ней и она с ними запросто общается.

Я посадил принцессу на стул рядом с собой и на моих ладонях появился зелёный свет. Первой его заметила Хатшепсут, стоящая сзади и от удивления закрыла ладонью рот, чтобы не вскрикнуть и тем самым не испугать дочь. За ночь отвыкла, что ли, от моих чудес?

Потом зеленоватое свечение заметила Нефру-ра и сразу спросила:

— Этим светом ты меня будешь лечить?

— Сначала проверю, что с тобой, а потом буду лечить, — ответил я.

— Не вертись, — сказала своё веское слово богиня. — И сиди спокойно.

Чтобы отвлечь принцессу, пришлось материализовать плитку шоколада «Алёнка». При этом ей и вкусно будет, и картинку станет рассматривать с изображением маленькой девочки. Обеих моих царственно-божественных любовниц эта сцена умилила. Теперь каждая из них знала, что у неё будут дети от меня, но при этом каждая относилась к этому абсолютно спокойно.

Пока Нефру-ра изучала обёртку шоколадки, потом разворачивала фольгу и ела коричневую сладость, я медленно провёл своими руками от головы до нижней части спины. Как я и предполагал, это была крохотная опухоль в самой голове, которая, слава богам, была доброкачественной. Но жизнь она бы попортила девочке однозначно. Лет восемь она бы с ней прожила, а потом всё. Судя по истории, которая произошла с ней в моём мире, так оно и случилось.

Дальше начался сам процесс лечения. Мне повезло, что я попал в Фивы именно сейчас. Или, скорее, повезло девочке, что я обнаружил болезнь в самом её начале. Чем дальше опухоль бы росла, тем сложнее было бы её вылечить. А сейчас это заняло всего три минуты.