Мы прошли на сену, где устанавливали наше световое оборудование с дискошаром на арочной конструкции, дымогенераторы и лазеры. Видеопроектор уже установили и Димка занялся его подключением. Серега, успокоенный, стал настраивать аппаратуру и я тоже занялся своей гитарой. В сторонке уже лежали барабаны Бонго и стояла на подставке моя испанская красавица. Ирка не показывалась, поэтому я послал одного их наших фанатов-охранников за Солнышком и Машей. А потом мы устроили маленький прогон песен для распевки.
Я ничего менять не стал с прошлого нашего здесь концерта, только добавил Машину «Осень» и доверил ей открывать второе отделение, как в пятницу. Распевка прошла хорошо, поэтому мы вернулись в наши гримерки. В машином выступлении никаких пусканий дыма я устраивать не собирался, поэтому двмогенераторы должны были работать по старому графику с поправкой плюс один на её «Осень».
В гримерке я опять превратился в доблестного рыцаря Айвенго, а Солнышко в леди Ровену. Когда нас зрители такими увидели на сцене, то грянули аплодисменты. И началось представление. Мне оно показалось генеральной репетицией к Парижу. Мы оттачивали с Солнышком синхронность наших движений, выходов на авансцену, моих частых перемещений по центральному проходу зала. Публика неистовствовала. Песня «Maniac» завела весь зал и явилась спусковым крючком для танцующей молодёжи. Я хотел закрыть первое отделение нашим английским гимном «We are the world», но женщины в зале требовали «Belle». Ладно, после гимна я объявил, то, что хотела публика.
Сами напросились. И я спел, да так, что наша охрана едва смогла удержать рвущихся на сцену женщин. Если раньше это было похоже на легкое умопомешательство, то сегодня это напоминало настоящее буйство. И судя по толпе, которую сдерживали наши ребята, процентов на семьдесят публика в зале состояла именно из женщин. Просто цветами дело не ограничилось. В каждый букет была вложена или записка, или маленькая открытка со словами любви. На Западе уже вовсю вместо цветов женщины начали бросать в музыкантов своё нижнее бельё, снимаемое ими прямо во время концертов. Вот так. Глядя на толпу счастливых женщин перед сценой в том месте, где я стоял, хотелось спросить словами Балу из мультфильма «Маугли»: «Как это они не разорвали меня на сотню маленьких медвежат?!» Ну да, даже Солнышко была в шоке. Она сама была немного не в адеквате после моей песни, но это должно было у неё скоро пройти.
А потом под шквал аплодисментов и пробираясь через море цветов, мы выбрались со сцены. Я как знал и посадил всех наших ребят на пол зала перед сценой. Пришлось даже Димке поучаствовать в сдерживании разгоряченных представительниц прекрасного пола. Я не знаю, что я буду делать в Париже, там моих ребят со мной не будет. Поэтому придётся отдельно договариваться с охраной тех концертных залов, где мы будем выступать.