В этот момент в кабинет постучали. Это были Михалковский-Дзержинский, который, так уж вышло, задержался на нашу встречу, хотя его участие было необходимо — в последнее время он активно занимался безопасностью. И вопрос нашей защиты и наезда на нас со стороны Нобелей был сейчас его главной задачей.

— Добрый день! — поздоровался Андрей-Феликс со всеми присутствующими.

— Рассказывай, Андрей, давай без расшаркиваний! — пригласил я того присесть за стол.

— Так вот. Мы последнюю неделю активно следили за всеми интересантами, что так или иначе крутились возле автомобильного завода. Да и особо ретивых чиновников, вставляющих палки в колёса, взяли на карандаш и стали прослеживать их связи. Могу однозначно сказать: Нобелей пытаются подставить! — вступил Андрей-Феликс.

— Вот даже как⁈ — удивился Томский. — А поподробнее?

— Братья Нобели заняли серьёзную нишу на нефтяном рынке России, да и в мире тоже крупными игроками являются. Конкурентов у них достаточно и недовольных таким бурным ростом их компании тоже. Не знаю, кто именно, но вероятнее всего наши ответные действия просто-напросто просчитали. За этими людьми стоит кто-то очень серьезный. Скорее всего и прошлые нападки на завод, где на показ выставили пешку были их инициативой. Вы же тогда достаточно жёстко с ними разобрались, не оставив следов. Теперь же, просчитав, что за заводом Кулагина стоит какая-то серьёзная сила, пытаются столкнуть нас лбами с братьями Нобелями. Их устранение откроет путь для множества компаний, даст доступ на нефтяной рынок России серьёзным игрокам. Сами же братья, в целом, — капиталисты скорее положительные: активно вкладываются в науку, образование, развитие технологий и придерживаются довольно честной конкуренции, в отличие от многих других. Да, они, по сути дела, вытеснили массу соперников с рынка, но сделали это повышением эффективности производств, развитием технологий и, не побоюсь этого слова, отличным менеджментом. Для мировых нефтяных компаний они кость в горле. Нам надо очень хорошо подумать, прежде чем вступать с ними в войну. Я бы даже предложил договариваться и, в какой-то степени, объединяться.

— Что же это выходит? — сказал Никита. — Играют против Нобелей, а заодно и нас с шахматной доски хотят подвинуть. Ведь если бы мы закусились с этими шведами и, не дай бог, ликвидировали бы всю их семейку подчистую, то у кукловодов, затеявших эту игру, наверняка были бы «свидетели» о причастности нас, так или иначе, к произошедшим событиям. А дальше всё просто: они устраняют Нобелей нашими руками, а нас — ну или как минимум Кулагина — прихлопывают уже в рамках закона. Думаю, на такой случай компромат или улики будут собраны как надо, да и скорее всего сам кукловод сидит где-то очень высоко, нужные протекции и связи имеет.