— Ну что, девочки и мальчики, куда пойдем?

— В страну «Завтра»!

— К ковбоям! К ковбоям!

— К Микки-Маусу!

— Да к какому Маусу?! Мы к нему уже в прошлый раз… — Я улыбнулся. Вот всегда так. Каждому из детей хочется пойти туда, где он в прошлый раз не доиграл или не накатался.

— Так, кто у нас в прошлый раз определял, с чего начнем?

— Оя, — пискнул младший.

— А в позапрошлый?

— Ванька! — сердито буркнула доча.

— Тогда на этот раз это будет Витюша, — торжественно заявил я. Младшенький просиял и закричал:

— К Микки-Маусу!

Как обычно, в Диснейленде мы провели целый день. Младшенький дважды прикладывался подремать в коляске — ну так именно для него мы ее в первую очередь и брали, а вот остальные носились как заведенные. Но когда до парада оставалось где-то полчаса, устали и они. Ванька даже начал клевать носом, и Аленка бросила на меня вопросительный взгляд. Мол, может, пора домой? Но я знал, что, если мы не посмотрим парад, дети нас потом просто съедят. Тем более что у меня был отличный способ взбодрить детей:

— А кто хочет мороженое?

— Я! Я!! Нет, я! Я больше всех хочу!!!

— Ну тогда за мной.

Мы двинулись в сторону, в которой видели киоск с мороженым, а вот жена слегка притормозила и завозилась с фотоаппаратом, махнув нам рукой. Типа, идите, я вас здесь подожду.

Когда мы вернулись, рядом с Аленкой внезапно обнаружилась блондинка возрастом чуть старше моей жены. Ну, если считать реальный возраст. Так-то моя любовь выглядела максимум на двадцать пять. В нашей семье вообще женщины всегда выглядели младше реального возраста. Помнится, в прошлой жизни, когда мы поехали на экскурсионный тур в Грецию, то во всех музеях нашу дочь пропускали без билета. Хотя ей уже давно исполнилось восемнадцать — никто не давал ей больше четырнадцати. Что, кстати, ее тогда очень обижало.

— Добрый день! — вежливо поздоровался я. Аленка вздрогнула и тут же скакнула ко мне и вцепилась обеими руками в мою руку. А блондинка окинула взглядом окружившую нас малышню и несколько удивленно спросила:

— Это все ваши?

— Да, — все так же вежливо кивнул я, начиная потихоньку заводиться. Что это за дама? Почему она прицепилась к моей жене?

— Скажите, миссис, а вы ведь не делали операций на груди? — внезапно спросила блондинка, вновь разворачиваясь к Аленке. — В таком случае я преклоняюсь перед вами. После трех детей иметь такую совершенную форму груди…

— А вам до этого какое дело? — уже довольно грубым тоном заявил я. Грудь моей жены — это только наше с ней дело. И нечего в это лезть всяким посторонним.

— Оу, — блондинка развернулась ко мне, — прошу прощения. Когда я вижу интересную фактуру, я тут же забываю обо всем. — Она вполне мужским жестом протянула мне руку: — Меня зовут Эллен фон Уинверт. Я — фотограф. И ваша жена сначала заинтересовала меня тем, что у столь легкомысленно одетой особы внезапно оказалась профессиональная камера, а также тем, как она лихо с ней управлялась. — Тут она усмехнулась, а Аленка слегка покраснела и тихо прошептала: